Сказка о рыбаке и

Я закидывал в море невод.
Море лыбилось и плескалось.
Только рыба не попадалась,
Загорая под ясным небом.

Вот такая у нас забава —
Стирка неводов в море синем.
Но барахтается в трясине
Полурыба, а полубаба.

Я тогда обалдел немного
Ничего так размером вышла.
Там где нужно – прекрасно-пышно,
Там где ноги, увы, не ноги.

После всяческих причитаний,
Мол, судьба-то мне отмочила.
В голове у меня случилось
Обновление базы знаний.

А она марафет наводит:
Точит ногти, подводит брови.
Как такую на хлеб да с солью? —
Сходу в голову не приходит.

Баба-бабой, а жрать охота.
Вот стою и пускаю слюни,
Но на мысли себя ловлю я:
«Али я каннибал какой-то?»

Но она, как простая баба,
Заявляет без слёз-истерик:
«Раз уж вынул меня на берег
Будь мужчиной — Женись хотя бы.

Коль в твои я попалась сети,
Что захочешь — тотчас исполню.
Будут бегать пешком по морю
Полурыбы, а полудети»

Про себя чертыхнулся всуе.
Замелькали в башке картинки —
Вдруг хвостатенькая блондинка
Спиногрызов мне наштампует.

И зеленая, словно жаба,
Будет дома ходить в халате.
Ну а я буду хвост ей гладить
И почесывать нежно жабры.

Праздник будет  — открою водку
Заиграю на балалайке.
Ну, а рядом в парадной майке
Будет шастать моя селедка.

Сковородкой чугунной будет
С кухни гнать моего медведя,
Будут жаловаться соседи,
Что мы нелюди, а не люди.

Ну, а если мелькнет идея —
Втайне рыбку умять под пиво,
Скажет, «Тещу сожрал, убивец»
И меня наречет злодеем.

Дурно стало мне — я не скрою.
Вдруг, поставивши перед фактом,
Будет ядерный мой реактор
Разрисовывать в тон обоев.

«Что такое за чудо-юдо? —
Процедил я ей на улыбке —
Хрен с тобой, золотая рыбка,
Клюв закрой и греби отсюда»

Полубаба глядит с  упреком.
Глазом дергает с укоризной:
«Ты мне лучшие годы жизни,
Может, сволочь, сейчас испортил»

И хвостом по воде махнула
Обозначив свои изгибы.
Мне ведь пофиг, что полурыба,
Так она ж еще дура-дурой!

Я задумался, сидя в луже,
О своем необъятном горе,
Ведь скрывалася в синем море
Толи баба, а то ли ужин.

***
Кто же знал, что у полурыбы
За находчивость три медали.
Есть и кубок из чистой стали
В скромном домике на Карибах.

И с подругами эта краля
Кости моет мне в море синем.
И твердит: «Ни ногой в Россию!
Слава кильке, что не сожрали!»

Источник материала
Материал: Саша Бест
Настоящий материал самостоятельно опубликован в нашем сообществе пользователем Ufadex на основании действующей редакции Пользовательского Соглашения. Если вы считаете, что такая публикация нарушает ваши авторские и/или смежные права, вам необходимо сообщить об этом администрации сайта на EMAIL abuse@proru.org с указанием адреса (URL) страницы, содержащей спорный материал. Нарушение будет в кратчайшие сроки устранено, виновные наказаны.

You may also like...

Комментарии

Сортировать по:   новые | старые
Rover
Rover

Это пять!)

Gena
Gena

И в задумчивости тормознутой
Замер и чешу макушку-
Если всё-таки сварим русалку-
Будет нам уха под чекушку?
Или всё же харчо мясное,
Что потребует винища красного?
Да иди ты в ̶j̶o̶p̶u̶ море, русалка,
Без тебя так ̶п̶и̶т̶ь̶ ̶п̶и̶в̶о̶ рыбачить прекрасно!

provincial1
provincial1

Крючок я бросил, бросил леску, бросил палку…
А в результате я поймал лишь три пера!

Забавно.

wpDiscuz

Как презрен по мыслям сидящего в покое факел, приготовленный для спотыкающихся ногами, как покойны шатры у грабителей и безопасны у раздражающих Бога, которые как бы Бога носят в руках своих. И подлинно: спроси у скота, и научит тебя, у птицы небесной, и возвестит тебе; или побеседуй с землею, и наставит тебя, и скажут тебе рыбы морские. Не ухо ли разбирает слова, и не язык ли распознает вкус пищи? В старцах – мудрость, и в долголетних – разум. Что Он разрушит, то не построится; кого Он заключит, тот не высвободится. Остановит воды, и все высохнет; пустит их, и превратят землю, и строго накажет Он вас, хотя вы и скрытно лицемерите. Неужели величие Его не устрашает вас, и страх Его не нападает на вас? Напоминания ваши подобны пеплу; оплоты ваши – оплоты глиняные. Для дерева есть надежда, что оно, если и будет срублено, снова оживет, и отрасли от него выходить не перестанут: если и устарел в земле корень его, и пень его замер в пыли, но, лишь почуяло воду, оно дает отпрыски и пускает ветви, как бы вновь посаженное.