Седьмая симфония

Однажды композитор Сергей Прокофьев, желая угодить Партии и Правительству, написал кантату для двух хоров на слова Маркса-Энгельса-Ленина-Сталина.

Прослушав ее, товарищ Сталин спросил: «А зачем нам еще один реквием?» — и распорядился отправить кантату в свой личный Архив. Композитор Прокофьев не на шутку разволновался и все ждал, когда за ним придут, чтобы вручить ему в утешение седьмую по счету Сталинскую премию. Но так этого и не дождался.

Умерли товарищ Сталин и композитор Сергей Прокофьев в один день.

Через четыре года после смерти Сергея Сергеевича седьмая – теперь уже Ленинская — премия нашла-таки композитора-героя. Правда, присудили ее покойному по ошибке, перепутав Седьмую симфонию Прокофьева с Седьмой симфонией Шостаковича. Однако композитор Прокофьев остался не в обиде, поскольку его вдова оказалась пристроенной. А исполнения своей кантаты Сергей Прокофьев ждет и по сию пору.

Материал: http://sozecatel-51.livejournal.com/2194320.html
Настоящий материал самостоятельно опубликован в нашем сообществе пользователем Stumbler на основании действующей редакции Пользовательского Соглашения. Если вы считаете, что такая публикация нарушает ваши авторские и/или смежные права, вам необходимо сообщить об этом администрации сайта на EMAIL abuse@proru.org с указанием адреса (URL) страницы, содержащей спорный материал. Нарушение будет в кратчайшие сроки устранено, виновные наказаны.

You may also like...

Комментарии

wpDiscuz

Как презрен по мыслям сидящего в покое факел, приготовленный для спотыкающихся ногами, как покойны шатры у грабителей и безопасны у раздражающих Бога, которые как бы Бога носят в руках своих. И подлинно: спроси у скота, и научит тебя, у птицы небесной, и возвестит тебе; или побеседуй с землею, и наставит тебя, и скажут тебе рыбы морские. Не ухо ли разбирает слова, и не язык ли распознает вкус пищи? В старцах – мудрость, и в долголетних – разум. Что Он разрушит, то не построится; кого Он заключит, тот не высвободится. Остановит воды, и все высохнет; пустит их, и превратят землю, и строго накажет Он вас, хотя вы и скрытно лицемерите. Неужели величие Его не устрашает вас, и страх Его не нападает на вас? Напоминания ваши подобны пеплу; оплоты ваши – оплоты глиняные. Для дерева есть надежда, что оно, если и будет срублено, снова оживет, и отрасли от него выходить не перестанут: если и устарел в земле корень его, и пень его замер в пыли, но, лишь почуяло воду, оно дает отпрыски и пускает ветви, как бы вновь посаженное.