Контузия системы образования

Ученье, как известно, — свет, а неученье — тьма. В каком из этих образных явлений пребывает наше отечество, какого человека сегодня воспитывает наше общество и что происходит с государственной системой образования?

«СП»: — Какие ключевые проблемы отечественного образования вы бы могли отметить?

Профессор, автор работ по истории СССР, политолог и публицист Сергей Кара-Мурза:

— Их две: разрушение отечественной системы образования, которую кропотливо выстраивали два века, и попытка создать иную систему по шаблонам Запада, которая не удалась. Результат — полный регресс и все вытекающие отсюда последствия.

Кандидат искусствоведения, член Зиновьевского клуба МИА «Россия сегодня» Павел Родькин:

— Ключевой проблемой сегодня является выраженная тенденция отказа от концепции всеобщего народного образования и единой культуры через их коммерциализацию (образование становится сервисом) и воссоздание непреодолимых социальных и культурных границ внутри социума. Элитарное образование при этом полностью выносится во вне и делегируется западным образовательным институтам.

Всеобщее образование сегодня «признано» чем-то ненужным, невозможным и даже вредным, его больше нет и в концепциях будущего (оно заменено красивыми и позитивными неолиберальными «брендами»). С этим положением, похоже, согласилась не только власть, но и общество.

«СП»: — Чем это грозит нашему обществу?

Сергей Кара-Мурза:

— Выпадением нашего общества (и государства!) из отечественной культуры и ещё быстрее — из мировой. В итоге — деградация материальной и духовной основ.

Павел Родькин:

— Демонтаж всеобщего образования чреват кастовым расколом общества на разделённых культурной и языковой пропастью «низших» и «высших», что фактически означает конец единого общества. Солидарность такого общества может быть достигнута только внешней угрозой, но в условиях империалистических войн, такая вынужденная солидарность крайне неустойчива.

Опасность заключается в катастрофическом падении уровня, так называемого человеческого капитала, тотальную деинтеллектуализацию общества. Советское образование имело много изъянов и недостатков, но его главным конкурентным преимуществом было воспроизводство общества, воспитанного на лучших культурных образцах. Сегодня общество может быть остановлено в развитии и отброшено далеко назад в своей социальной эволюции.

«СП»: — Какую личность воспитывает российское образование или этот вопрос сегодня не актуален?

Сергей Кара-Мурза:

— В российском образовании пока что идёт борьба старой раненой системы с больной системой-мутантом, поэтому воспитываются дети, подростки и юноши «двоедушные» — им приходится быть конформистами и носить маски. Это деформирует сознание и совесть, омрачает жизнь, расщепляет систему ценностей и желаний. Эту молодёжь поддерживает память, близкие, учителя, сама реальность, которую они пытаются улучшить. Но из этого периода тихой войны многие выйдут контуженными и искалеченными.

Павел Родькин:

— Считается, что современная модель образования воспитывает «квалифицированного потребителя», но такая концепция уже не актуальна. Американский опыт показывает, что уже для общества потребления образование не обязательно, на новой ступени развития общественных отношений меняются функции, как системы образования, так и самого общества.

Строящиеся постчеловеческое общество характерно предельной рационализацией и дегуманизацией, поэтому современная образовательная система создает человека-функцию, оператора системы, который не способен принимать решения, и выключен из процесса её управления (и любого социального участия). Фундаментальное образование не случайно объявлено устарелым и не соответствующим практическим потребностям экономики. Человек-функция заточен под решения определённых задач бизнеса, но не обладает способностью действия и мышления вне полученных компетенций. Происходит сокращение социального времени человека.

«СП»: — Как мы оказались в подобной ситуации?

Сергей Кара-Мурза:

— Могу сказать, как я вижу главную причину, но мало кто захочет это слышать. Наши деды и отцы совершили великую революцию, и страна взмыла в полёте. Но она так быстро развивалась и усложнялась, что с конца 1950-х годов власть и общество перестали её «знать и понимать». У нас отсутствовали некоторые небольшие, но необходимые системы. Конкретно, не было обществоведения научного типа — и мы «не знали общества, в котором живём». Такое общество и сманил Крысолов со своей дудочкой. Мы совсем распадёмся, если сейчас государство и общество где-то в партизанском лесу не соберут отряд, который выработает метод не впадать в идеологические свары, а добывать достоверное знание о нашей реальности и главных угрозах.

Павел Родькин:

— Причиной такой ситуации является перенесение всех негативных тенденций современного западного общества, обусловленное отказом от идеи цивилизационной самодостаточности. Отсутствует конкурентная концепция будущего и общества, построенного на знании и творчестве.

«СП»: — Как, на ваш взгляд, можно исправить ситуацию?

Сергей Кара-Мурза:

— Исправить быстро нельзя, но можно ползти к этому. Надо бы прекратить битву призраков (белые, красные, либералы, националисты…) или хотя бы собрать из них группы разумных и ответственных, чтобы они в «зоне перемирия» внятно изложили свои кредо и образ будущего, предложили «национальную повестку дня» лет на 15 и опубликовали свои манифесты. Требуется общественный договор, а пока что в отсутствии диалога главные реальные проблемы и угрозы маскируются и размазываются. Практически, нет общества, а без него и государство теряет силу.

Павел Родькин:

— Прежде всего, необходим принципиальный отказ от неолиберальной концепции структурирования общества, что в существующих тенденциях развития человечества является качественным цивилизационным выбором и условием выживания самого общества. России требуется всеобщее обязательное высшее образование (по крайней мере, на уровне бакалавриата)!

Высшее образование необходимо связать с армией: для современной армии и современной войны требуются всесторонне (технически и гуманитарно) развитые специалисты, способные управлять сложной и высокотехнологичной техникой. Военные кафедры уже не соответствуют этим задачам, связь ВУЗов и армии необходимо разрабатывать заново.

«СП»: — Стоит ли вновь обратиться к советскому опыту в вопросах образования или от него необходимо полностью отказаться?

Сергей Кара-Мурза:

— Не выйдет ни то, ни другое: ни обратиться к советскому опыту, ни полностью от него отказаться. Мы существуем на огрызках советских систем в оболочках коррупции и криминального бизнеса. Сложилась такая структура, которую надо осторожно демонтировать, но всё равно из неё выйдет что-то новое. В лучшем случае, ближе к советским моделям, адекватным нашим бедам и угрозам, похожим на прошлые. Новые беды и угрозы требуют новых моделей.

Павел Родькин:

— Здесь уместно вспомнить о консервативном повороте 1930-х годов. Тогда, многие революционные эксперименты, в том числе в сфере образования были свёрнуты, а дореволюционные институты «возвращены», будучи переосмыслены и переработаны под задачи нового общество. Именно тогда сложилась система, заложившая будущие успехи и достижения советской науки и общества в целом. Сегодня также необходимо взять все лучшие системные наработки советской системы образования, сохранив необходимую преемственность и уникальные достижения.

«СП»: — Возможны ли эти процессы при нынешней политической и экономической модели государственного управления?

Сергей Кара-Мурза:

— Если то, о чём мы с вами говорим, начнёт развиваться, то политическая и экономическая модели «как бы сами» будут изменяться. Они же не свыше даны, их создали сравнительно небольшие группы людей (хотя с поддержкой Запада и преступного мира). Но это произошло потому, что общество утратило самосознание и навыки самоорганизации. Если эти качества человека не восстановить, то нечего и претендовать. В истории было много исчезновений народов и культур.

Павел Родькин:

— Главная проблема и системное противоречие заключается сегодня в том, что концепция советского образования полностью противоречит и разрушает принципы неолиберализма. Проблема не в качестве образования как таковом (советское и западное образование в целом — паритетны), а в целях и задачах воспроизводства общества, которые заложены в этих системах. В этом, в частности, заключается главный приговор советской системе образования и традиционному обществу в целом.

Источник материала
Настоящий материал самостоятельно опубликован в нашем сообществе пользователем Ufadex на основании действующей редакции Пользовательского Соглашения. Если вы считаете, что такая публикация нарушает ваши авторские и/или смежные права, вам необходимо сообщить об этом администрации сайта на EMAIL abuse@proru.org с указанием адреса (URL) страницы, содержащей спорный материал. Нарушение будет в кратчайшие сроки устранено, виновные наказаны.

You may also like...

Комментарии

Сортировать по:   новые | старые
olegator
olegator

Образование часть системной основы современного общества, где существует объективный спрос на образованность людей, помещенных в технократийную оболочку. В современном обществе растет число структурных элементов, которые формируют каркас цивилизации и эти элементы требуют знаний от пользователя на уроане понимания системных процессов. Мир не спеша движется к тому состоянию, когда без образования невозможно будет найти работу, так как низкоквалифицированной работы, типа подметать двор попросту не будет. Поэтому существует набор объективных причин которые обязывают развивать образование, даже если сложившаяся модель и демонстрирует видимость отсутствие спроса на образованность. Сегодня либеральная модель общества разрушается, несмотря на попытки ее спасти. Накопившаяся энтропия положительных обратных связей объективно изменит ценностные критерии, даже если если субъективно общество будет этому противостоять. Разница лишь в том, что когда общество упрямится и игнорирует назревшие перемены, процессы демонтажа и сноса устаревших конструкций происходят весьма болезненно, но неотвратимо.Уничтожение советского образования было частью плана по возврату к капитализму, но сегодня очевидно, что процесс затрагивает и многие системные основы существования государства, разрушая его консолидированность и устойчивость. Страна интенсивно теряет конкурентоспособность и накопленные потенциалы. Ситуация объективно требует экстренных мер и они будут предложены, даже с этим правительством и президентом либералом. Альтернатива только распад.

Ella
Ella

Большим недостатком образования является новый(относительно) взгляд на дидактику(т.е. представление о том как учить и чему учить). Общество на ура приняло идею,что «качественное обучение» — такое,когда учащемуся легко,приятно,захватывающе учиться. Весь труд по изучению предмета должен,получается,взять на себя учитель,преподаватель. Но это невозможно! Это все равно,если бы ваш тренер по фитнесу выполнил бы за вас программу по сжиганию калорий. Вообще,единственный пример,когда обучающий делает всю работу — это «педагогика ласки»,когда мать учит новорожденного и подрастающего ребенка языку. За год ребенок язык да,изучит! Но такой пример — единственный в истории человечества. Остальное человек должен изучать,как говорится, в поте лица. В Д.Риме говорили: лучшее обучение — строгое. И от этого правила еще никому не удалось отойти. Если,конечно,нас интересует результат.

wpDiscuz

Как презрен по мыслям сидящего в покое факел, приготовленный для спотыкающихся ногами, как покойны шатры у грабителей и безопасны у раздражающих Бога, которые как бы Бога носят в руках своих. И подлинно: спроси у скота, и научит тебя, у птицы небесной, и возвестит тебе; или побеседуй с землею, и наставит тебя, и скажут тебе рыбы морские. Не ухо ли разбирает слова, и не язык ли распознает вкус пищи? В старцах – мудрость, и в долголетних – разум. Что Он разрушит, то не построится; кого Он заключит, тот не высвободится. Остановит воды, и все высохнет; пустит их, и превратят землю, и строго накажет Он вас, хотя вы и скрытно лицемерите. Неужели величие Его не устрашает вас, и страх Его не нападает на вас? Напоминания ваши подобны пеплу; оплоты ваши – оплоты глиняные. Для дерева есть надежда, что оно, если и будет срублено, снова оживет, и отрасли от него выходить не перестанут: если и устарел в земле корень его, и пень его замер в пыли, но, лишь почуяло воду, оно дает отпрыски и пускает ветви, как бы вновь посаженное.