Учёные с низкой социальной ответственностью

У России есть (теоретически) неплохая возможность разжиться хорошими научными кадрами. Прямо сейчас в США учёные жалуются на переработки, отсутствие нормальных страховок и столь низкую зарплату, что некоторым из них приходится выбирать – жить в автомобиле или идти зарабатывать на панель:

Адъюнкт, занявшаяся проституцией, зарабатывает за один курс преподавания несколько тысяч долларов, и читает порядка шести курсов в семестр. По её оценкам, она работает по 60 часов в неделю. Но она едва сводит концы с концами, оплачивая по $1500 за аренду ежемесячно и выплачивая студенческие долги, которых у неё накоплено на несколько сотен тысяч долларов, включая проценты. Её доход от преподавания достигает $40000 в год. Это гораздо больше, чем у большинства адъюнктов: опрос от 2014 года показал, что медианный доход адъюнкта составляет $22 041 в год, а зарплата штатного преподавателя — $47 500.

Казалось бы, вот он наш шанс – выделим денег побольше, и переманим всю эту безденежную братию в Москву, Петербург, Новосибирск и прочие богатые университетами города. Однако, коллеги, я не верю, что этот подход сработает.

Проблема науки в том, что очень сложно отличить настоящего учёного от шарлатана, и не менее сложно отличить учёного, который двигает науку, от учёного, который двигал науку раньше, а теперь страдает ерундой. У чиновника нет надёжного способа отличить перспективного исследователя от бесперспективного, особенно если учесть, что самые талантливые кадры зачастую страдают социофобией в серьёзной форме. Попытка залить науку деньгами приведёт только к увеличению и так немалого уровня коррупции в отрасли.

Увы, тут простые решения не работают. Нужно распределять ресурсы более вдумчиво – например, создавая сети доступных лабораторий и организуя хороший доступ к нужным для научной деятельности материалам, таким как химические ингредиенты и радиодетали. Впрочем, это уже тема для совсем другого обсуждения.

PS. Уы, регулируя науку, очень легко её зарегулировать. Ради прогресса приходится смириться с девяноста девятью процентов бездарей, карьеристов и успешных грантоедов. Науку будет двигать последний процент. Опять же, тупиковые исследования и работы никто не отменял. Это часть процесса.

И кстати, препод — не ученый. Препод — это попка-дурак, надиктовывающий краткую выжимку материала тем, кто не может сам в книжке прочитать полный текст и его осознать. К сожалению, в СССР по ряду причин преподов стали равнять с учеными — ну и вот, и СССР не стало, и наука тоже в заднице.

Материал: https://fritzmorgen.livejournal.com/1144358.html
Настоящий материал самостоятельно опубликован в нашем сообществе пользователем Stumbler на основании действующей редакции Пользовательского Соглашения. Если вы считаете, что такая публикация нарушает ваши авторские и/или смежные права, вам необходимо сообщить об этом администрации сайта на EMAIL abuse@proru.org с указанием адреса (URL) страницы, содержащей спорный материал. Нарушение будет в кратчайшие сроки устранено, виновные наказаны.

You may also like...

Комментарии

Сортировать по:   новые | старые
provincial1
provincial1

— ТоврЫщ Капица, пачЭму советская наука так малоэффективна?!
— Товарищ Сталин, половина наших учёных дураки и бездельники…
— А давайтЭ расстрЭляем половину?..
— Ничего не получится, товарищ Сталин. Соотношение останется тем же…

wpDiscuz

Как презрен по мыслям сидящего в покое факел, приготовленный для спотыкающихся ногами, как покойны шатры у грабителей и безопасны у раздражающих Бога, которые как бы Бога носят в руках своих. И подлинно: спроси у скота, и научит тебя, у птицы небесной, и возвестит тебе; или побеседуй с землею, и наставит тебя, и скажут тебе рыбы морские. Не ухо ли разбирает слова, и не язык ли распознает вкус пищи? В старцах – мудрость, и в долголетних – разум. Что Он разрушит, то не построится; кого Он заключит, тот не высвободится. Остановит воды, и все высохнет; пустит их, и превратят землю, и строго накажет Он вас, хотя вы и скрытно лицемерите. Неужели величие Его не устрашает вас, и страх Его не нападает на вас? Напоминания ваши подобны пеплу; оплоты ваши – оплоты глиняные. Для дерева есть надежда, что оно, если и будет срублено, снова оживет, и отрасли от него выходить не перестанут: если и устарел в земле корень его, и пень его замер в пыли, но, лишь почуяло воду, оно дает отпрыски и пускает ветви, как бы вновь посаженное.