Опираясь на дегенератов

Западная модель построения общества грубо попирает основные законы развития общества, искажая цели развития, базовые идеи и ценности, что и заставляет нормальных, хороших людей (американцев, европейцев) – мутировать в маньяков и преступников, наркоманов и тунеядцев, социопатов и содомитских дегенератов.

Все научные и технические достижения цивилизации имеют смысл (и работают) только тогда, когда служат изначально поставленной в цивилизации цели. Для христианской цивилизации это – построение рая на Земле, «обожение» человека через его духовное и материальное развитие. Ни о какой «свободе» в смысле разгула свинства, своеволия и вседозволенности при РАЗВИТИИ цивилизации (любой, а тем более нашей, особой) – речи быть не может. Цивилизация развивается от пещер и дубин к космосу и атому через повышение ответственности, а следовательно, и несвободы каждого её члена.

Максимальная свобода у обезьяны: она делает что хочет, испражняется, где приспичит и бредёт, куда вздумается. Человек разумный возникает через насилие над распущенностью и вседозволенностью, через жесткую дисциплину. Человечество потому и отличается от стада шимпанзе, что имеет облик и характер религиозного фанатического рыцарского ордена с жесточайшей внутренней дисциплиной и самодисциплиной.

Когда Запад, в борьбе с СССР решил опираться на социальных дегенератов и на худшее, наиболее животное в человеке – он решил тактическую задачу (ибо катиться вниз всегда легче, чем подниматься к вершине). Но тем самым – через лозунг либеральной демократии «скотству – свободу!» Запад потерял ключи от будущего.

Наиболее массовым и наиболее вероятным следствием свободы становятся лень и паразитизм, безмозглое сиюминутное самоублажение. Отсюда – путь как к духовной деградации личности, так и к её жестокости (по отношению ко всем, в ком гедонист заподозрит угрозу своему «балдежу»).

Будущее абсолютно немыслимо без строгости норм и воспитания, причем они с необходимостью нарастают по мере развития человеческого общества. То, что мог себе позволить дикарь в джунглях – не может себе позволить житель мегаполиса, иначе мегаполис превратиться в джунгли.

Хотя спорить с этим законом невозможно – нам упорно предлагают западный рыночный либерализм, в котором как нормы поведения, так и нормы воспитания эродируют, рассыпаются в буквальном смысле слова в труху вседозволенности и распущенности.

Автор — А. Леонидов (Филиппов), завкафедрой социопатологии — новой отрасли юридической психологии, исследует социальную деформацию личности и негативные изменения (преобразования, психологические негативные новообразования) ее нравственных и правовых устоев под внешним неблагоприятным воздействием.

Материал: http://mikle1.livejournal.com/5517120.html
Настоящий материал самостоятельно опубликован в нашем сообществе пользователем Stumbler на основании действующей редакции Пользовательского Соглашения. Если вы считаете, что такая публикация нарушает ваши авторские и/или смежные права, вам необходимо сообщить об этом администрации сайта на EMAIL abuse@proru.org с указанием адреса (URL) страницы, содержащей спорный материал. Нарушение будет в кратчайшие сроки устранено, виновные наказаны.

You may also like...

Комментарии

wpDiscuz

Как презрен по мыслям сидящего в покое факел, приготовленный для спотыкающихся ногами, как покойны шатры у грабителей и безопасны у раздражающих Бога, которые как бы Бога носят в руках своих. И подлинно: спроси у скота, и научит тебя, у птицы небесной, и возвестит тебе; или побеседуй с землею, и наставит тебя, и скажут тебе рыбы морские. Не ухо ли разбирает слова, и не язык ли распознает вкус пищи? В старцах – мудрость, и в долголетних – разум. Что Он разрушит, то не построится; кого Он заключит, тот не высвободится. Остановит воды, и все высохнет; пустит их, и превратят землю, и строго накажет Он вас, хотя вы и скрытно лицемерите. Неужели величие Его не устрашает вас, и страх Его не нападает на вас? Напоминания ваши подобны пеплу; оплоты ваши – оплоты глиняные. Для дерева есть надежда, что оно, если и будет срублено, снова оживет, и отрасли от него выходить не перестанут: если и устарел в земле корень его, и пень его замер в пыли, но, лишь почуяло воду, оно дает отпрыски и пускает ветви, как бы вновь посаженное.