Немного о Варламе Шаламове

Варлам Тихонович Шаламов (18 июня 1907 г., Вологда – 17 января 1982 г., Москва) – прозаик и поэт.
Самое известное произведение – сборник «Колымские рассказы». Рассказы эти были написаны в период с 1954 по 1973 г. в шести сборниках: «Колымские рассказы», «Левый берег», «Артист лопаты», «Очерки преступного мира», «Воскрешение лиственницы», «Перчатка, или КП-2». Вся его проза – это опыт сошествия в ад (17 лет лагерей, из них 10 лет «общих работ» в забоях Колымы).
Отец Варлама Шаламова – Тихон Николаевич — был священником. Некогда он полтора года работал учителем среди коми-зырян, а затем двенадцать лет провёл православным миссионером среди алеутов в Америке, на Аляске и алеутских островах. Личность незаурядная и подчеркнуто нравственная, он вызывал чувство юношеского протеста у младшего сына. Шаламов в 14 лет дал себе обещание не жить так, как прожил жизнь его отец. «Ты верил в Бога – я в него верить не буду. Ты любишь общественную деятельность, я ею заниматься не буду, а если и буду, то совсем в другой форме. Ты веришь в успех, в карьеру – я карьеру делать не буду – безымянным умру где-нибудь в Восточной Сибири. Ты любишь хорошо одеваться, я буду ходить в тряпках, в грош не поставлю казённое жалование. Всё будет делаться наоборот». Вероятно, именно благодаря этому протесту В. Шаламов оставался вне религии и писал: «Я горжусь, что с шести лет до шестидесяти не прибегал к помощи Бога ни в Вологде, ни в Москве, ни на Колыме». После революции Тихон Николаевич ослеп и Шаламов был поводырём у слепого отца.
В доме отца В. Шаламов обзавёлся интересными знакомыми, среди которых был и один из первых русско-американских социологов эсер Питирим Сорокин.
Большое влияние на Шаламова оказала проза Бориса Викторовича Савинкова (Ропшина), особенно его книги «Конь бледный» и «То, чего не было». Домашняя атмосфера сама привела подрастающего Варлама к поклонению народовльческим идеалам.
Подробности детства Варлама Шаламова можно прочитать в его автобиографической повести «Четвёртая Вологда».
Очень симпатично в Варламе Шаламове и то, что он скептически относился к самой идее рационального объяснения социальных катаклизмов. Не то, что многочисленные «историки», которые уверенно навешивают ярлык виновного на нужную группу (капиталисты, монархи, анархисты-террористы, жидо-масоны, большевики и т.п.). Корень зла он видел в природе человека – в «тёмных силах», «зверских инстинктах», которые «утверждают свою вечность, прячась, маскируясь до нового взрыва».
В 1924-м году Варлам Шаламов уезжает в Москву, а в 1926-м поступает в МГУ. Через два года его отчислили за и «сокрытие социального происхождения». По своим политическим взглядам Вениамин Шаламов был близок к троцкистам, из-за чего и был арестован в первый раз 19 февраля 1929 года. Первое время после ареста он провёл в Бутырке. Суд приговорил его к трём годам лагерей за участие в демонстрации под лозунгом «Долой Сталина» и «за распространение завещания В.И. Ленина».
Он вернулся в Москву в январе 1932-го года, работал в журналах. Тогда же состоялась его первая публикация – рассказ «Три смерти доктора Аустино» («Октябрь», 1936, № 1). Он женился, родилась дочь, но 12 января 1937 года его вновь арестовали. Особое совещание при НКВД СССР определило ему срок в 5 лет лагерей Колымы за контрреволюционную троцкистскую деятельность (КРТД) с использованием его на тяжких физических работах.
А в 1943 году ему дают третий срок (за антисоветскую агитацию, 10 лет). Вина его выражалась в том, что он назвал Бунина русским классиком, что было воспринято как восхваление эмигрантской литературы.
После освобождения в 1951 году он ещё провёл два года на Колыме. В 1953 году Шаламов перебрался поближе к Москве, где работал мастером и агентом по снабжению на торфопредприятиях Калининской области и пишет по ночам. Впервые «Колымские рассказы» увидели свет за рубежом, в русскоязычном «Новом журнале», где они публиковались десять лет (1966-1976 гг.).
При жизни он так и не увидел своих рассказов опубликованными в России. Напечатаны только пять тоненьких книжек его стихов. Первые публикации рассказов начались с 1987 года. В 1998 году вышел четырёхтомник произведений Шаламова в издательстве «Художественная литература», «Вагриус».
Шаламов великий писатель не только для русской, но и для всей мировой литературы. В литературном плане – намного талантливей раздутого и «пропиаренного» Александра Исаевича Солженицына. В последние годы жизни получал пенсию по инвалидности в 42 рубля (сумма мизерная и по тем временам).
Варлам Шаламов умер в интернате для инвалидов и престарелых, ослепший и глухой.

Текст этот написан с единственной целью – вызвать интерес читателей к великому русскому писателю, до сего дня не получившему достойной оценки в отечественном литературоведении.

Источник материала
Настоящий материал самостоятельно опубликован в нашем сообществе пользователем Ufadex на основании действующей редакции Пользовательского Соглашения. Если вы считаете, что такая публикация нарушает ваши авторские и/или смежные права, вам необходимо сообщить об этом администрации сайта на EMAIL abuse@proru.org с указанием адреса (URL) страницы, содержащей спорный материал. Нарушение будет в кратчайшие сроки устранено, виновные наказаны.

Комментарии

Сортировать по:   новые | старые
wpDiscuz

Как презрен по мыслям сидящего в покое факел, приготовленный для спотыкающихся ногами, как покойны шатры у грабителей и безопасны у раздражающих Бога, которые как бы Бога носят в руках своих. И подлинно: спроси у скота, и научит тебя, у птицы небесной, и возвестит тебе; или побеседуй с землею, и наставит тебя, и скажут тебе рыбы морские. Не ухо ли разбирает слова, и не язык ли распознает вкус пищи? В старцах – мудрость, и в долголетних – разум. Что Он разрушит, то не построится; кого Он заключит, тот не высвободится. Остановит воды, и все высохнет; пустит их, и превратят землю, и строго накажет Он вас, хотя вы и скрытно лицемерите. Неужели величие Его не устрашает вас, и страх Его не нападает на вас? Напоминания ваши подобны пеплу; оплоты ваши – оплоты глиняные. Для дерева есть надежда, что оно, если и будет срублено, снова оживет, и отрасли от него выходить не перестанут: если и устарел в земле корень его, и пень его замер в пыли, но, лишь почуяло воду, оно дает отпрыски и пускает ветви, как бы вновь посаженное.