Пруссы и Калининград

Событие нас с вами ожидает серьезное – 70-летие Великой Победы над фашистской Германией. И словно по заказу, уже не в первый раз, слышим мы вкрадчивые увещевания наших «местечковых» краеведов о том, что необходимо, чуть ли не в обязательном порядке, изучать историю древней Пруссии. Это нам надо якобы для общего развития – так поясняют они. Раз уж пришли на «чужую землю», то должны знать, кто здесь жил-поживал, чем занимался. Такой вот у них на сегодняшний день толерантный подход к истории. Вроде в этом нет ничего плохого.

Только история земли Прусской, которую нам предлагают изучать, однобокая какая-то у них получается. Было у меня такое чувство: что-то явно не договаривают «господа хорошие», – и я не ошибся. Тут ведь всякое может быть. То ли не знают предмета, потому что плохо учились при советской власти, то ли по старости позабыли, чему их учили. А может быть, и умысел – « заплатили, чтобы забыли». Поди разбери, что там когда-то было. Столько веков прошло! За это время не только у наших «краеведов» в голове исторический «сдвиг» приключился, но и у европейских господ, постарше рангом, та же «беда» нет-нет да прилюдно происходит. Ну, этих иностранцев и понять можно – работа у них такая, «туман исторический» пускать. С них, как говорится, взятки гладки. А вот «наши», которые и «нашим и вашим»… с ними разговор особый. Не буду долго вас мучить. Благодаря моему другу, главному редактору «Исторической газеты» Анатолию Анатольевичу Парпара, мне удалось недавно ознакомиться с очень интересным историческим материалом, который напрямую касается истории Пруссии. С этим материалом я бы и хотелось вас ознакомить.

«…Нас с вами уже приучили к тому, что официальная история этой земли начинается с 1255 г., когда в одну из бухт Венедского моря (так тогда называлось Балтийское море) вошли немецкие рыцари и основали поселение, назвав его «Кенигсберг», то есть «княжеский город», поскольку «кениг» – это искаженное немецкое «конунг» – князь, воевода. Считается почему-то, что крестоносцы основали его на пустом месте. Однако это не так. Да и пустовать это место не могло – на этой территории уже почти полторы тысячи лет жили прусские племена, по своему происхождению родственные славянским. На cамом деле, немецкие рыцари город сей не основывали, а заново отстроили, а его славянское наименование перевели на немецкий: некоторые исследователи утверждают, что некогда здесь стоял прусский Княжград (так это или нет – сложно сказать), название которого и переводится как Кенигсберг. Зато, согласно исследованиям барона Кампенгаузена (они опубликованы в книге Н.Н. Селиванова «Сборник материалов по истории предков царя М.Ф. Романова»), который занимался изучением родословной рода Романовых, неподалеку от этого места стоял когда-то город Романов – священная столица Прусско-Самогитского княжества, которым в течение почти тысячи лет владели предки бояр Романовых.

Все это могло бы сойти за красивую легенду, если бы приват-доцент Юрьевского университета (ныне эстонский г. Тарту. – Ред.) М. Лаутенбах не разыскал и в 1891 г. не опубликовал древнее латышское предание «Ниедришу Видевутс», рассказывающее о Прусско-Самогитских князьях, где упоминается и король Прутено.

Вот что пишет Н.Н. Селиванов в своем исследовании: «Прусский король Прутено в 373 году по Р.Х., по старости своей, отдал в вечное владение свое Прусское королевство брату своему Ведевуту, а сам определился в идолослужение первым жрецом в городе Романове, где ныне (конец XIX в. – К. В.) находится немецкое местечко Гейлигенбейль (Романов или Ромов находился на берегах рек Дубиссы и Невяжи)», как раз неподалеку от Кенигсберга. Романов, Ромов – буквальный перевод с латыни на русский названия «Рим» (по-итальянски – Рома), что и не удивительно, ибо в те времена считать себя наследниками «великого города» было в лучших традициях эпохи. Именно этот Ромов-Римов, скорее всего, упоминается в рассказе о путешествии апостола Андрея по Руси в “Повести временных лет”».

В «Зерцале Русских Государей» (сочинение Мальгина), изданном в 1794 г., о предках Романовых говорится почти то же самое: «Прапредки Романовых происходят от самого первого Прусского и Самогитского князя Вейдевуда, который жил, точнее правил, в 305 – 379 гг. по Р.Х. Потомство его разрослось до 9-ти колен, вплоть до князя Гланды, которого признают братом прусского князя и который на исходе XIII в. прибыл в Россию, крестился в 1287 г. и во святом крещении наречен именем Иоанн». После этого Вейдевуд сделался верховным жрецом своего народа «криво-кривенте» (кривичи? – К. В.) и водворился в дубовой роще близ Ромова (Романова).

В других источниках также сказано, что в 305 году Прутено, король пруссов, уступил свой престол младшему брату Вейдевуду, а сам удалился в древнюю столицу прусов – город Романов, где сделался верховным жрецом при священном дубе, изображение которого находится в гербе рода Романовых. Один из потомков четвертого сына Ведевуда – Недро – владетель Судавии, Самогитии, Литвы князь Гланда Камбила Дивонович, обессиленный борьбой с крестоносцами, удалился с сыном своим и многими вассалами в Россию и перешел в подданство к великому князю Александру Ярославичу Невскому.

А историк А.П. Барсуков пишет в своем исследовании «Род Шереметевых»: «В 1290 году имя Кобылы встречается в «Памятниках Верминской (Эрмлядской) истории». Там мы находим царственную запись Эрмляндского капитула, данную 23 июля 1290 г. некоему Кабиле (Cabilo) на владение поместьем Налабен. Это поместье – ныне Колмская деревня того же названия, в приходе Петерсвальд, близ Мельзака, в 84 верстах юго-западнее Кенигсберга».

По сути, о том же идет речь и в латышском предании «Ниедришу Видевутс»: «Надравс, четвертый сын Видевутса, получил земли между р. Байкой и р. Руссой с замком Стандена, в пределах сих земель находилось Латышское священное место Ромово или Рамава, резеденция верховного жреца Криванту-Кривса». Получается, что согласно сказанию, другим древним документам, пруссы – это летописное славянское племя кривичей (странно, что историки до сих пор этого не заметили!), а пруссами они названы по имени своих вождей, о чем, кстати, писал еще римский историк Страбон.

Собственно, предания и документы говорят об одном и том же, хотя некая путаница все же есть, что и понятно – за прошедшие века многое забылось и вспомнить, кто же за кем следовал – Вейдевуд за Прутено или наоборот, невозможно. Но, видимо, все вожди пруссов имели родовое имя Прутено, а «Вейдевуд» – это прозвище, ставшее именем. На нем, похоже, традиция давать своим преемникам имя «Прусс–Прутено» закончилась, поскольку, согласно преданиям, у него было 12 сыновей, но Прусса среди них не было.

В том, что на месте древней священной столицы пруссов г. Романова крестоносцами был возведен город, сомневаться не приходится, и городом этим мог быть только Кенигсберг – именно таким образом рыцари сначала Тевтонского ордена, а потом – Меченосцев, и могли показать всему миру свое превосходство над язычниками славянами-варварами…

Те же предания, а также древние документы, рассказывают, что в 900 г. орда каких-то италийцев под предводительством некоего Палемона вторглась в земли Пруссии и осела в Литовских пределах, вследствие чего страной почти три века одновременно правили как потомки Палемона, так и потомки Вейдевуда. Кстати, как мне кажется, Вейдевуд – не имя, а прозвище. Возможно, оно идет от трансформированного слова «воевода» – но это только предположение. А каково было его настоящее имя теперь узнать вряд ли удастся. И второе: очень уж напоминает имя предводителя италийцев другое имя – «Пилемен» – вождя энетов в Троянской войне…

Кто такие пруссы? В «Географии» антиохийского (Малая Азия) географа и историка Страбона, жившего на рубеже I в. до н. э. – I в. н. э., читаем такие строки: «К Халкедонскому берегу (на Черном море в Малой Азии. – К. В.) примыкает Астаканский залив, а к нему еще один залив: в нем находится Пруссиада, прежде носившая имя Киос. Пруссий, сын Зелы, назвал город Киос от своего имени Пруссиадой. Это тот Пруссий, который предоставил убежище Ганнибалу, которому пришлось бежать туда после поражения Антиоха. Сюда Пруссий пришел из Фригии (страна в Малой Азии. – К. В.). Прусса расположена на Мисийском Олимпе. Город обладает прекрасным государственным устройством, граничит с фригийцами и мисийцами. Он был основан Пруссием, воевавшим с Крезом, царем фригийским (560–546 гг.)».

Город Прусса, на побережье Босфора, был основан около 600 г. до н. э. и простоял здесь вплоть до турецкого завоевания, то есть до середины  XV в., во всяком случае, император византийский Константин Багрянородный в своих мемуарах «Об управлении Империей» упоминал этот город. Судя по всему, Прусс (Пруссий) – родовое имя вождей племени, обитавшего в Малой Азии и вошедшего в историю под названием «пруссы». Известен и Пруссий I (235–182 до н. э.), царь Вифинии, который действительно предоставил убежище знаменитому карфагенянину Ганнибалу в 190 г. до н. э., но через семь лет пытался выдать его Риму. Скорее всего, они – потомки троянцев, которые после разгрома огромного мегаполиса не сразу ушли с берегов Малой Азии, а почти тысячу лет продолжали жить на этой территории, на узкой полосе вдоль побережья Черного моря, но все же вынуждены были уйти.

Кстати, после разгрома Трои греками-ахейцами началось одно из первых великих переселений народов в истории мира. Ведь Троя была не просто огромным портом, это был последний оплот некогда великой империи хеттов. (Хетты – родственники руссов, и говорили они на одном из славянских наречий. Об этом писал еще один из первых исследователей хеттской цивилизации чешский ученый Б. Грозный. Легендарные геты, судя по всему, – прямые потомки хеттов).

После падения Трои в Малую Азию хлынули совсем иные, иноязычные племена – из Палестины, Аравийского полуострова, Греции. Поэтому коренным жителям Малой Азии и Фракии, к тому же ослабленным под ударами египтян, ассирийцев, вавилонян, греков, пришлось себе искать новые места обитания: основной массив славян двинулся на север, на восточно-славянскую равнину, племена руссов – этруски (расены) ушли на запад, на Апеннины. Только небольшая часть кривичей – пруссы – по какой-то причине задержалась на побережье Босфора. Лишь через несколько веков они двинулись с места и после многих мытарств осели между венедами и летто-литовскими племенами, в междуречье Вислы и Немана.

Кстати, все это согласуется с летописной традицией, по которой одной из прародин славянства считается Подунавье (Иллирик, Норик, Фракия) и прилегающие к нему области Малой Азии. Почти тысячу лет они жили спокойно, но судьба распорядилась иначе: экспансия германских крестоносцев завершилась для них трагически – пруссов уничтожили либо онемечили, священные рощи вырубили, храмы разрушили. Осталось одно название страны – Пруссия.

Но в небытие они не ушли. Как сказано выше, эти племена имели и другое название – кривичи. И территория их расселения не ограничивалась одной Пруссией. Они занимали обширные земли современных Литвы, Белоруссии, Смоленской и Брянской областей. Поэтому мы можем с полным основанием говорить, что пруссы-кривичи, наряду с вятичами, тиверцами (тверичами), древлянами, словенами (новгородцы-венеды – эстонцы до сих пор зовут русских «вене». – Ред.), северянами, стали тем самым ядром, на основе которого сформировался самый свободолюбивый народ в мире – русские. Ах, если бы не доверчивость, открытость иноземцам и вера в обещание властей!..»

Это и есть настоящая и правдивая история о Пруссии, которую я вам хотел поведать. Причем, как вы заметили, обосновал историю документально. Исходя из всего этого, можно утверждать, что территория Пруссии была силой присоединена к Германии, но никогда не являлась ее исторической землей. Германских племен здесь никогда не было. Первые германцы появились здесь не ранее XI в. – сначала это были христианские миссионеры, а вслед за ними пришли рыцари Тевтонского ордена, затем ордена Меченосцев. Так что в состав Германии (одно время вся она называлась Пруссией) Пруссия вошла только в середине XIII века.

Я говорил вначале о великом празднике нашего народа – 70-летии Победы над фашистской Германией. Тогда, в 1945 году, Иосиф Виссарионович Сталин не аннексировал территорию Восточной Пруссии, присоединив ее к Советскому Союзу. Он просто восстановил историческую  справедливость, вернув эти земли славянам. И вот в 2015 году мы возвращаем забытую историю о славянской земле. Рад, что традиция возвращать славянские земли продолжается и сегодня. Примером тому служит Крым.
Член Союза писателей России Виталий Шевцов.

http://andrey-ka23.livejournal.com/843668.html

Настоящий материал самостоятельно опубликован в нашем сообществе пользователем Ufadex на основании действующей редакции Пользовательского Соглашения. Если вы считаете, что такая публикация нарушает ваши авторские и/или смежные права, вам необходимо сообщить об этом администрации сайта на EMAIL abuse@proru.org с указанием адреса (URL) страницы, содержащей спорный материал. Нарушение будет в кратчайшие сроки устранено, виновные наказаны.

Комментарии

Сортировать по:   новые | старые
ORTODOX888
ORTODOX888

Вообще то и Берлин — это славянский город. На его гербе — медведь.
Берлин и берлога имеют один славянский корень бер.
Лейпциг — это переделанное из Лабы.
Надо все таки вернуть, как и Каняжград.
А остров Рюген (немецкое название) — это остров Руян (славянское).
Даже Пушкин писал: «мимо острова Буяна — в царство славного Салтана». Побоялся Пушкин написать правильное название острова. Не пропустила бы немчура…

wpDiscuz

Как презрен по мыслям сидящего в покое факел, приготовленный для спотыкающихся ногами, как покойны шатры у грабителей и безопасны у раздражающих Бога, которые как бы Бога носят в руках своих. И подлинно: спроси у скота, и научит тебя, у птицы небесной, и возвестит тебе; или побеседуй с землею, и наставит тебя, и скажут тебе рыбы морские. Не ухо ли разбирает слова, и не язык ли распознает вкус пищи? В старцах – мудрость, и в долголетних – разум. Что Он разрушит, то не построится; кого Он заключит, тот не высвободится. Остановит воды, и все высохнет; пустит их, и превратят землю, и строго накажет Он вас, хотя вы и скрытно лицемерите. Неужели величие Его не устрашает вас, и страх Его не нападает на вас? Напоминания ваши подобны пеплу; оплоты ваши – оплоты глиняные. Для дерева есть надежда, что оно, если и будет срублено, снова оживет, и отрасли от него выходить не перестанут: если и устарел в земле корень его, и пень его замер в пыли, но, лишь почуяло воду, оно дает отпрыски и пускает ветви, как бы вновь посаженное.