На работу… Берлин… 2025 год…

Ганс Шварц, офисный планктон тридцати пяти лет от роду, собирался на работу.
Подготовка к походу в офис, находящемуся в центре города, уже давным-давно стала у Ганса долгим и осмысленным действом, сродни тому, как разведчик собирается в глубокий тыл врага.
Для начала Ганс облачился в дешёвый, грязный и донельзя заношенный костюм.
Обулся Ганс в старые стоптанные туфли, найденные на помойке. Сродни обуви были и носки – дырявые и заскорузлые.
Сегодня Ганс решил совершить стремительный марш-бросок на работу в образе бродяги-беженца из Ирака.
Шварц достал тональный крем и привычными движениями добился нужной смуглости открытых участков кожи.
Затем – нацепил чёрный парик и тщательно дёрнул его, проверяя – не слетит ли.
Не слетел.

***
Шварц облегчённо вздохнул и решил, на всякий случай, потренировать разговорную речь.
— О-о-о, нихт ферштейн,  — завыл Ганс, скалясь в деланной улыбке и поглядывая на листок с арабскими словами, прикреплённый к зеркалу, — Эсмик э…Айза акль…Ахлан вассайлан…
Затем Ганс не выдержал и сплюнул.
— Вот же угораздило, — сказал Шварц и сплюнул ещё раз.
Справедливости ради надо отметить, что угораздило не только одного Ганса. Угораздило – всю Германию.
Много-много лет назад в городе появились пришлые из Африки и Ближнего Востока.
С годами жилые дома на окраинах превратились в копилки разношерстного сброда, предпочитающего не работать, а воровать и грабить, терроризируя местное население.
Власти привычно закрывали на это глаза, призывая местных жителей быть толерантнее и добрее, даже когда тебе водят ножом по горлу.
Шварц вздохнул, выдохнул, а затем осторожно приоткрыл дверь и выглянул на лестничную площадку.
Никого.

***
Стараясь не шуметь, Ганс тенью, вжимаясь в стену, заскользил по ступенькам вниз.
Внимательно оглядел двор. Наблюдателей-арабов, которые привычно ошивались под домом, высматривая лёгкую добычу, видно не было.
Шварц шагнул на улицу. Сердце колотилось, во рту пересохло, в ушах звенело. Но немец мужественно зашагал вперёд, не забыв по дороге, исходя из конспирации, заглянуть в мусорные баки.
Где, сливаясь со стенами домов, а где, откровенно прячась в кустах, Ганс, наконец, дошёл до метро.
Полностью войдя в образ, Ганс перемахнул через турникет, ибо настоящий беженец за метро никогда не платит, и ступил на эскалатор.
Только здесь немец смог перевести дыхание.
Метро, безусловно, таило свои опасности, но были они менее значимы, нежели путь на работу или с неё.
Метро было чётко поделено между арабами, неграми, азиатами.
В метро, где крутились большие деньги: наркотики, фальшивые документы, оружие, беспредел не допускался.
Каждая группировка стригла исключительно свою поляну.

***
Деньги у Шварца были надёжно спрятаны в трусах, в потайном кармане, и поэтому Ганс был относительно спокоен.
Он настолько расслабился, что даже позволил сосредоточиться не на окружающих, привычно вычисляя, кто может представить для него внезапно большую опасность — негры или арабы, а на рекламном плакате, где была изображёна новая книга, наделавшая столько шума в стране.
Книга называлась просто «Арабская самобытность Рура и Верхней Силезии».
Как человек любопытный Шварц, безусловно, уже ознакомился с объёмным трудом некоего Аль-Низами, самоназванного «лидера арабского большинства в стране», как он сам себя называл.
Книжонка, надо сказать, была так себе, но пафосом превосходила Библию.

***
По Аль-Низами выходило, что основной миссией арабов в Германии является просвещение аборигенов и что диаспора, безусловно, «за последние двадцать лет внесла неоценимый вклад в науку, образование и культуру страны». Правда, какой именно вклад Аль-Низами не пояснил. Видимо, из природной скромности.
Это сделал за него видный местный учёный-филолог, турок Дабу-оглу, буквально сразу же припечатавший детище Аль-Низами своим бессмертным трудом – «Турецкая Германия: правда и вымысел».
В свойственной ему саркастической манере господин Дабу-оглу уточнил, что его уважаемый коллега под вкладом в науку и культуру страны, безусловно, имел в виду: наркотики, грабежи, воровство и публичные дома, где трудились женщины из Украины, создаваемые арабской диаспорой в неограниченных количествах.

***
Не по детски приложив оппонента в первой части своей книги, Дабу-оглу явил миру истинную сенсацию – во второй.
Турок представил научному сообществу древние каменные списки, найденные дорожными строителями-турками в Шлезвиг-Гольштейне, которые однозначно свидетельствовали, что прародителями всех германцев были исключительно турки.
За такими размышлениями Шварц доехал до своей станции.
Офис был рядом с метро, и клерк быстро заскочил в помещение.
Коллеги уже были в комнате.
Сабрина Клюге привычно скидывала паранджу.
После того, как Сабрину изнасиловали трое залётных из Франции арабов, а сама Сабрина едва не «присела» лет на пять, ибо известный немецкий адвокат Аль-Баради убедительно доказал суду, что все немецкие женщины – исключительно проститутки, а молодые немецкие девушки – сплошь падшие женщины, заманивающие в свои грязные сети невинных арабских ребят, не испорченных христианским развратом и пороком,  Сабрина передвигалась по городу исключительно скрыв себя полностью.

***
Лишь руководителю фирмы – носившим когда-то имя Мартин Берг, таиться и прятаться в родном городе было без нужды.
Пронырливый Мартин каким-то невиданным образом выправил документы, что он является представителем малочисленной горной народности в сердце Азии, какой в мире осталось не более трёхсот голов, и они – эта народность — особо охраняемы и оберегаемы мировым сообществом.
Так что Мартин, а ныне Осман-Сулейман-Тофик-Гафур ибн Заде-Аль-Кудэ, клал не только на всех «понаехавших» арабов и негров, но и собственно на всех полицейских Германии вместе взятых, которые привычно обслуживали интересы тех же арабов и негров.

Источник материала
Настоящий материал самостоятельно опубликован в нашем сообществе пользователем Ufadex на основании действующей редакции Пользовательского Соглашения. Если вы считаете, что такая публикация нарушает ваши авторские и/или смежные права, вам необходимо сообщить об этом администрации сайта на EMAIL abuse@proru.org с указанием адреса (URL) страницы, содержащей спорный материал. Нарушение будет в кратчайшие сроки устранено, виновные наказаны.

You may also like...

Комментарии

wpDiscuz

Как презрен по мыслям сидящего в покое факел, приготовленный для спотыкающихся ногами, как покойны шатры у грабителей и безопасны у раздражающих Бога, которые как бы Бога носят в руках своих. И подлинно: спроси у скота, и научит тебя, у птицы небесной, и возвестит тебе; или побеседуй с землею, и наставит тебя, и скажут тебе рыбы морские. Не ухо ли разбирает слова, и не язык ли распознает вкус пищи? В старцах – мудрость, и в долголетних – разум. Что Он разрушит, то не построится; кого Он заключит, тот не высвободится. Остановит воды, и все высохнет; пустит их, и превратят землю, и строго накажет Он вас, хотя вы и скрытно лицемерите. Неужели величие Его не устрашает вас, и страх Его не нападает на вас? Напоминания ваши подобны пеплу; оплоты ваши – оплоты глиняные. Для дерева есть надежда, что оно, если и будет срублено, снова оживет, и отрасли от него выходить не перестанут: если и устарел в земле корень его, и пень его замер в пыли, но, лишь почуяло воду, оно дает отпрыски и пускает ветви, как бы вновь посаженное.