“Август”, Россия 2025 г., реж. Никита Высоцкий, Илья Лебедев. Что тут скажешь — Никита Высоцкий сам ничего не снял, всё для него снимал Илья Лебедев. Изначально режиссёрское кресло занимал вообще Алексей Андрианов («Годунов», «София»), но позже он выбыл из проекта.

Итак: 1944 год, Западная Белоруссия, в тылу советских войск группа врага готовит контрнаступление. Надо всех найти и обезвредить. Занимаются этим опытные бойцы СМЕРШа, которые буквально по крупинкам почвы на лопатке определяют район поисков, по состоянию сосновой ветки понимают, где висела антенна рации, по махорке ищут тропы отхода диверсантов.
Все знают сюжет, многие смотрели предыдущую экранизацию романа, кто-то даже сам роман Богомолова читал.

Автор романа Владимир Осипович (Иосифович) Богомолов (Войтинский, Богомолец) всю жизнь доказывал, что хорошо разбирался в работе СМЕРШа, видел всё своими глазами, когда 18-20 лет от роду служил под Житомиром и Кировоградом. Это сведения, приведенные им в автобиографии, где нет фотокопий документов, на основании которых эта автобиография написана. При этом документы для Богомолова значили очень много — в романе их десятки.

Но есть сведения, что войну он провел в эвакуации в Татарской АССР, потом служил на Дальнем Востоке. Но не так важно, до какой степени залегендирован сам Богомолов, как важно, что он легендировал работу СМЕРШ.

Он создал образ советских супергероев, которые обладают нечеловеческой проницательностью, памятью, аналитическими способностями, приемами нейролингвистического программирования и тактикой психотропного боя, а главное — умеют стрелять на лету по-македонски. Вот это “по-македонски”, то есть с двух рук, впервые и появилось в романе Богомолова. Он годами изучал документы о работе СМЕРШ и, как считается, вынес на публику профессиональную лексику спецслужбы.

Роман первый раз экранизировали еще в СССР, в 1975 году. Вот что об этом написано — “Картина Витаутаса Жалакявичюса была остановлена в связи со смертью актёра Бронюса Бабкаускаса”.

К выходу экранизации 2000 года Богомолов вспоминал работу с экранизацией 1975 г., в частности, свой разговор с директором “Мосфильма” Н. Сизовым — “Как обнаружилось в этом материале, режиссер не представляет себе, что такое армия и война. Он искренне убеждён, что лейтенант может кричать на генерала. У него не только литовские актёры играют под американских ковбоев из „Великолепной семёрки“ — у него даже снятая в Белоруссии деревня больше похожа на литовскую… Почему они такие заросшие, почему выглядят уголовниками — Жалакявичюс объяснить не может… Затрачены большие государственные деньги. Мы с тобой патриоты и обязаны их спасти!”.

В итоге тот фильм вообще считается утерянным.

Успешную белорусскую экранизацию 2000 года Богомолов тоже обругал, говорил, что она бессмысленная.

А вот фильм 2025 г — нормальный блокбастер.

Я бы обратил внимание на три момента.

Первое. Большая часть саундтрека — тема из песни группы “Агата Кристи” про сердце твое двулико и сверху оно набито. А в финале переделанное вступление Марка Нопфлера из Brothers in Arms. Переделанное настолько, чтобы оставаться узнаваемым при отсутствии авторских претензий.

Второе. В начале фильма преодолено главное для меня препятствие в восприятии всех военных историй. Я очень не люблю, когда там показывают детей. Вот там все бегут, стреляют, или уезжают, уплывают, умирают, а где-то стоит одинокий ребеночек. Или вообще когда в фильмах о войне появляются дети. Постоянно думаешь о детях, а не о фильме. А тут в открывающей сцене шпионка отстреливается, заслонясь ребенком на руках, и, в принципе, дальше уже неважно, что там будет с детьми. Прививка сделана.

Третье и главное. Хороши ли три главных героя? Ведь только это всех и волнует — получилось ли трио Безруков, Кологривый, Табаков?

Скажем так, два актера хорошие, а третий — Павел Табаков.

Безрукова показывают очень дозированно, он в кадре секунд по десять. Это верное решение, иначе у него темперамент искрит. Если его показывать дольше — там кроме него ничего не останется, про всех остальных просто забудут, уж очень он хорош. Плачет он в кадре только один раз. Это тоже удача.

Кологривый замечательно стреляет по-македонски и показывает психическую атаку в финале. Человек на своем месте. В меру обаятельный и оторванный одновременно.

А Павел Табаков… Ладно, он тоже на своем месте — стоит в кадре, показывая себя. Второй раз ему так с ролью повезет вряд ли.

PS. Спросил у Алисы — Какие особенности стиля Ильи Лебедева можно выделить?

Содержимое ответа: Не удалось найти информацию об особенностях стиля Ильи Лебедева как режиссёра.

Всё. Это всё, что вам нужно знать о полезности ИИ от Яндекса. Ничего больше, чем «а давайте послушаем музыку» эта тупосеть не умеет.

Кстати, сейчас смотрю сериал «Константинополь». Режиссёр Сергей Чекалов. И знаете — сериал-то хорош! Причем интересно, что сценарий сериала был написан еще в 2017 году, тогда же запустили производство — но, внезапно, остановили «из-за недостатка денег». А вот сейчас сериал пошел, быстро сняли и пустили в показ.

Думаю, дело в том, что сериал стимулирует ненависть русских к туркам. Ищи, кому выгодно это стало именно сейчас.

По содержанию — один из критиков написал довольно верно:

Эстетика русской тоски из «Бега» перемежается сценами подпольных боёв а-ля «Шерлок Холмс», народившееся в турецкой столице криминальное русское подполье — ну чисто «Банды Нью-Йорка» и «Острые козырьки», только без ирландцев. Эклектичная музыка уверенно косит под Дэниела Пембертона, но заканчивается неизменно песней о русском поле и его тонких колосках… И эта сопричастность контексту оказывается главной фишкой «Константинополя» — богатого аттракциона оммажей всему на свете, от советской литературной классики в лице Михаила Булгакова и Алексея Толстого до относительно свежих новостных сводок о загруженности погранперехода «Верхний Ларс».

Впрочем, ирландцы там тоже есть. Критик слегка подслеповатый, но других нам не завезли — так что неудивительно, что дальше «оммажей» у него мысль не продвинулась.

Съёмки сериала проходили довольно быстро, с апреля по октябрь 2024 года, в Москве, Санкт-Петербурге, Выборге и Баку. Причем улицы столицы Азербайджана стали декорациями для событий, происходящих в Константинополе. Выглядит довольно-таки убедительно.

Английского полковника Ноксвельда играет Мартин Джон Кук — натуральный британец, живущий в Москве с 2006 года. Убедительно играет, ничего не скажешь — сразу видно, что не тарас и не прибалт, которым у нас обычно дают роли иностранцев. Кирилл Кяро играет врача, в этой роли очень органичен. Австриец Вольфганг Черни играет русского боксёра (работает и живет в России с 2012 года, кстати). Оказывается, в Россию с Запада сбежало уже довольно много актёров, и им тут нравится.

Конечно, не надо путать туризм с эмиграцией, а костюмное кино — с историческим. Однако сама историческая канва в сериале выстроена достаточно точно:

1920 год. Остатки белой армии из Крыма переправляются в Турцию. Среди бежавших – полковник Нератов, потерявший семью, но не принципы, жуликоватый коммерсант Саблин с сестрой Серафимой и подручным для тёмных дел есаулом Улагаем, доктор Бородаевский.

В Константинополе уже сформировалась община русских беженцев: бывшие князья и баронессы пытаются выжить, не гнушаясь ничем. Жить честным трудом ни у кого из них, естественно, не получается. Сыты лишь те, кто готов переступить через гордость, как обаятельный Ремнёв, бывший дезертир, а ныне альфонс.

А в Турции русским никто не рад. Страна после поражения оккупирована. В Стамбуле-Константинополе порядок контролируют англичане. Вместе с военными в город перебрались жадные до наживы европейские финансисты и криминальный элемент. Местное население недовольно и теми, и другими, но срывает злость на самых беззащитных — то есть на русских беженцах (ведь армян к тому времени уже всех зарезали).

В это самое время в стране набирают силу кемалисты, планирующие заключить союз с Советской властью, от которой бежали русские эмигранты. После чего, сами понимаете, бывших «белых» ничего хорошего не ждет.

И вот в фильме «господа офицеры» и примкнувшие к ним коммерсанты не нашли другого выхода, как организовать собственную русскую мафию. Якобы для защиты соотечественников, ну и немного для собственного обогащения. Что из этого вышло – показали в десяти сериях.

То ли за Александром Устюговым тянется такой шлейф, то ли изначально проект делался под контролем НТВ, но русская эмиграция столетней давности в фильме больше всего напоминает криминальные российские будни остросюжетных сериалов. Шумно, весело, многие cкoнчaлись.

Но смотрится с интересом. Даже удивительно, почему эта тема так сильно нас трогает. Ведь, что бы ни рассказывали о себе люди в рамках самопрезентации, давайте честно: мы с вами – потомки не тех, кто уезжал под хруст французской булки, а тех, кто остался здесь с куском чёрствого хлеба. И выжил здесь — а не там.