Востребованность Петербурга

Предисловие: Слева — фотография найденной в Псковской области плиты, которую сначала с большими натяжками «дешифровали» как надпись на архаическом древнеславянском языке. Справа — та же фотография, но повернутая «с головы на ноги» и на ней совершенно свободно читается стандартная надгробная  надпись на иврите, датируемая 1920 годом:

338397942 875660278

Что в центре картинки — число «13 или буква «В», зависит от выбранной точки зрения, частенько именно поэтому совершенно логичные выводы о предмете обсуждения оказываются диаметрально противоположными. Это совершенно непрозрачный намек на то, что в предыдущей статье «Ничтожное значение Петербурга» мы смотрели на логику его основания со стороны земли рабоче-крестьянскими глазами в стиле «а что это там на краю земли выросло и почему эта недоделанная штука считает себя нашей столицей?»

Теперь мы поменяем точку зрения и будем рассматривать логику основания Петербурга со стороны моря.

Рассматривать причины образования Петербурга с точки зрения жителя центральной части России аналогично расшифровке псковского камня вверх ногами — получаются невнятные псевдославянские письмена с разными натяжками из-за того, что Петр-1 накурился чего-то там в Амстердаме, его вштырило, он залез в болото дельты Невы и решил основать там новую столицу чтобы быть поближе к своему любимому Амстердаму без которого он жить уже не мог. Шведу грозил, но сделать крепостные стены вокруг города не догадался, а про замечательный порт Ригу, который поближе к Амстердаму будет, даже не вспомнил. Короче будто бы сбежал он из России чтобы удобнее было кататься по заграницам. И как можно чем-то управлять, если правитель вечно в отъезде?

На этой карте Европейской части России 1914 года зелёным цветом отмечены наиболее подходящие для столицы города с точки зрения имеющихся путей сообщения в 18 веке (слева направо — Киев, Смоленск, Москва, Ярославль, Нижний Новгород, Казань). Как видно, все они располагаются близко к географическому центру размещения остальных городов и наиболее удобны для столичных административных и экономических коммуникаций:

33

Красным обозначены города-порты. Вверху слева направо Рига, Петербург, Архангельск, внизу — Херсон и Ростов-на-Дону (можно было бы добавить также пресловутый Азов). Ну и чем Петербург лучше остальных? Не как порт, пусть им будет, а в качестве столицы?

Кому он нужен, этот Питер, находящийся где-то на краю России, в аппендиксе Финского залива? Российским крестьянам? Они сами себя кормят и обеспечивают, разве что один импортный топор на всю жизнь требуется. Помещикам? Чтобы за баржу нефти хлеба получить свистульку айфон хрень заморскую вроде пары шёлковых чулок? Так для этого и остальные порты прекрасно подходят.

Теперь мы ставим все с головы на ноги и смотрим на Псковский камень Петербург со стороны моря. С такой точки зрения вместо псевдославянской галиматьи совершенно четко видны надписи на иврите экономические интересы Ольденбургской династии.

В Петербурге до 1917 года рулила Голштейн-Готорпская ветка династиии Романовых-Ольденбургов (кстати их родовое гнездо, великое герцогство Ольденбургское по странному совпадению просуществовало до 1918 года), им и карты в руки:

55

Стрелками обозначены основные направления действий династии Ольденбургов, которые в каждой местности мимикрировали под своих: в Швеции — как всякие Карлы и Адольфы, в Петербурге — Петры и Александры, в Греции — Александросы и Константиносы (см. подробнее о династии Ольденбургов).

Красным обведено примерное положение Великого герцогства Ольденбургского (там, где на карте черный треугольник) в которое входило Любекское княжество (из него начинаются все стрелки). Город Любек — маленький (всего 2 кв. км), да удаленький, один из трех главных городов знаменитой Ганзы, иногда пишут что был столицей Ганзейского союза. Правителями в Любеке были и представители Гольштейн-Готторпской ветви Ольденбургов, той самой, которая под другими именами правила также в Петербурге.

Петербург по сути своей — один из множества ганзейских или «ольденбургских» городов на Балтийском море, расположение которых естественно было заточено под удобство водных сообщений, поэтому они и находились на морских и речных островах и полуостровах. Все города-порты на Балтике выполняли свои функции: Копенгаген кормился с контроля Датских проливов Скагеррак и Каттегат, Стокгольм — с железных рудников на материке, Рига — с ресурсов, стекавшихся со всего бассейна Западной Двины (Даугавы).

Романовым-Ольденбургам Петербург был нужен в первую очередь для обеспечения корабельным лесом и строительства новых кораблей. В принципе, для этого вполне достаточно Кронштадта на острове Котлин, крепости Петербург на Заячьем острове и нескольких верфей Адмиралтейской, Лодейнопольской и пр. как поначалу оно и было на самом деле.

Петербургу изначально была уготована участь быть портом и региональным центром на уровне Архангельска, Гельсингфорса (Хельсинки) или Таллина, он и остался бы таким в будущем, но Ольденбурги в целях расширения зоны своего экономического влияния поставили стратегическую задачу полностью завладеть бассейном великой русской реки Волги, который был полностью изолирован от морей (Каспийское море — не часть Мирового океана, а самое большое соленое бессточное озеро и морем именуется по традиции):

00

Исходя из имевшихся до начала 19 века водных путей сообщения бассейн Волги более досягаем со стороны Черного и Азовского морей по Днепру, Дону, Цимле (сейчас Цимлянское водохранилище). Отсюда территории бассейна Волги контролировал тот, кто доминировал на Чёрном и Азовском морях.

В первую очередь Романовым-Ольденбургам требовалось перекрыть конкурентам доступ в центральную Россию с Чёрного моря, чем собственно и объясняются нескончаемые войны Петербурга с Турцией (Оттоманской Портой, Османской империей).

Кроме того, Ольденбургам нужно было создать прямые водные пути из Балтики в бассейн Волги, что и было сделано примерно за 15 лет.

Затем совершенно естественно произошло военное вторжение Романовых, известное в истории как «война 1812 года в России».

Теперь у нас есть все данные, чтобы детально разобрать почему именно Петербург из всех балтийских портов Ольденбургов выбран ими в качестве «столицы Российской империи», откуда осуществлялось административное управление захваченными территориями бассейна Волги и верховьев Днепра.

Рига не подходит из-за того, что по Западной Двине было очень трудно попасть в бассейн Волги — сначала волоком в Днепр, а оттуда волоком в бассейн Оки. Первое препятствие исчезло со строительством Березинской водной системы, а второе так и осталось.

Нарва и Ивангород находятся на реке Нарва, из бассейна которой также нет прямых водных путей в бассейн Волги.

К возможным портам-претендентам на звание столицы Российской империи добавим Архангельск, у которого большой недостаток — находится он не на Балтике а на Белом море, зато оттуда по Северной Двине тоже можно было попасть в бассейн Волги. Заодно заметим, что две реки назвали одинаково Двиной явно не жители суши, им обычно по барабану где запад, а где север.

Кстати, Новодвинская крепость была заложена 12 июня 1701 года, на два года раньше Петропавловской. Давно существовавшему городу-порту Архангельску поначалу придавалось не меньшее значение нежели будущему Петербургу.

Первым сооружением Петербурга считается дерево-земляная Петропавловская крепость, заложенная 16 (27) мая 1703 года. Собственно, она и называлась «Санктпитербурх», позднее это имя распространилось на весь город, а крепость стали называть по имени находившегося в ней собора Петра и Павла.

При всех своих недостатках в виде мелководья Финского залива, наводнениях и проч. на тот момент альтернативы Петербургу не было, поскольку гидрологическая обстановка на суше сложилась в его пользу — только от Невы можно было сделать сразу три водных пути в Волгу: водные системы Вышневолоцкую в Тверь, Мариинскую и Тихвинскую в Рыбинск, да кроме того через Ладожское и Онежское его связали с Архангельском (потом там проложили Беломорско-Балтийский канал). Сразу по трем водным путям через Петербург на Балтику пошли более разнообразные грузы из центральной России, которые усиленно тащили бурлаки.

Островное положение Петербурга во времена господства водного транспорта было не недостатком, а совершенно необходимым условием, чтобы те же Ольденбурги могли путешествовать на кораблях прямо от дома в Любеке во дворец в Копенгагене и оттуда в крепости Кронштадт и Петербург. На все эти города надо смотреть со стороны воды и тогда будет понятна логика первоначального градостроительства.

Уже во второй половине 19 века, в период когда потребовалось интенсивно осваивать континент, в ход пошли лошади, повозки, дилижансы, конки, железные дороги и т.п. Тогда бывшие преимущества островного расположения Петербурга стали недостатками — пришлось засыпать каналы, делать мосты и дороги. Но деваться некуда. Где посадили — там и выросло.

В 19-ом веке Петербурге говорили как о самом нерусском из всех русских» городов, а на деле оказалось всё наоборот: Петербург — самый русский из всех нерусских городов. (Продолжение следует…)

000

http://igor-grek.ucoz.ru/news/piter_good/2013-05-15-352

Настоящий материал самостоятельно опубликован в нашем сообществе пользователем Ufadex на основании действующей редакции Пользовательского Соглашения. Если вы считаете, что такая публикация нарушает ваши авторские и/или смежные права, вам необходимо сообщить об этом администрации сайта на EMAIL abuse@proru.org с указанием адреса (URL) страницы, содержащей спорный материал. Нарушение будет в кратчайшие сроки устранено, виновные наказаны.

You may also like...

Комментарии

Сортировать по:   новые | старые
zeloone
zeloone

Эти размышления уводят в сторону от ответа на вопрос: кто строил Питер, и когда строил.

provincial1
provincial1

Интересная точка зрения. Ждём развития сюжета.))))

wpDiscuz

Как презрен по мыслям сидящего в покое факел, приготовленный для спотыкающихся ногами, как покойны шатры у грабителей и безопасны у раздражающих Бога, которые как бы Бога носят в руках своих. И подлинно: спроси у скота, и научит тебя, у птицы небесной, и возвестит тебе; или побеседуй с землею, и наставит тебя, и скажут тебе рыбы морские. Не ухо ли разбирает слова, и не язык ли распознает вкус пищи? В старцах – мудрость, и в долголетних – разум. Что Он разрушит, то не построится; кого Он заключит, тот не высвободится. Остановит воды, и все высохнет; пустит их, и превратят землю, и строго накажет Он вас, хотя вы и скрытно лицемерите. Неужели величие Его не устрашает вас, и страх Его не нападает на вас? Напоминания ваши подобны пеплу; оплоты ваши – оплоты глиняные. Для дерева есть надежда, что оно, если и будет срублено, снова оживет, и отрасли от него выходить не перестанут: если и устарел в земле корень его, и пень его замер в пыли, но, лишь почуяло воду, оно дает отпрыски и пускает ветви, как бы вновь посаженное.