Иноагент Ника Белоцерковская приехала из Франции в Одессу с чемоданами, набитыми брендовыми вещами. Блогерка хотела провести на Украине аукцион-распродажу, а деньги пожертвовать на ВСУ.

Некоторые псевдоблаготворители такое практикуют: когда им нужно освободить место в гардеробе для новых вещей, они отдают старые на благотворительность и тут же покупают себе новые за деньги, которыми можно было бы напрямую облагодетельствовать нуждающихся. Убивают сразу двух зайцев: и гардероб меняют, и, шумно объявляя аукционы, слывут благотворителями, не пожертвовав ни копейки и взяв за старьё хорошую цену.

Но в первую же ночь блогерку обокрали в бутик-отеле с заморским названием «Фредерик Коклен».

Это ожидаемо — ведь тарасик умеет только врать и воровать, воровать и врать.

Готовясь к поездке, Белоцерковская пристыдила украинскую общественность за то, что та перестала помогать ВСУ, и кокетливо намекнула, что для неё это теперь личная история и сама она «не может перестать помогать». Выкатила список лотов: сумочка Hermès за €3 тыс., но куплена была за €7 тыс., пальто Loro Piana (соболь, кашемир), брала за €27 тыс., надевала от силы четыре раза, отдаёт за €5 тыс. и так далее.

То есть у людей на Украине есть деньги, чтобы покупать пальто за €5 тыс., но нет денег, чтобы пожертвовать на ВСУ. То есть пусть обстрелы инфраструктуры, пусть блэкаут всё шире расправляет свои тёмные крылья над городом — для Тараса и Оксанки главное, чтобы на плечах сидело старое брендовое пальто от Белоцерковской, а в руках блестела крокодиловая сумочка CHANEL?

Ответы на эти вопросы звучат как анекдот. Но настоящий анекдот ждёт нас дальше.

Итак, блогерка Белоцерковская собрала свои поношенные лоты в брендовые авоськи (два чемодана и один Louis Vuitton) и долетела с ними до Украины. На границе её встретил Викинг, красавчик с широкими плечами и узкой талией, который, по её словам, чуть ли не в одиночку защищал Бахмут, а в перерывах между осадами познакомился где-то в Европе с Белоцерковской. Теперь у них роман, а продажа старых вещей в помощь ВСУ — история очень личная.

С этим Викингом блогерка провела ночь в бутик-отеле «Фредерик Коклен», а утром поехала в Днепропетровск. Викинг, загружая авоськи в свой армейский джип, поинтересовался, все ли «шанели» на месте. Блогерка отвечала: «Да». Не могла ведь она предположить, что в Одессе, в бутик-отеле, её банально обнесут. Но позже выяснилось, что из гостиничного номера, пока они сношались, всё-таки умыкнули лотов на €200—300 тыс. Украли сумочку — ту самую, крокодиловую, цепь со звездой Давида — одну, редкое бриллиантовое кольцо — тоже одно и бьюти-бокс, розовый, с подсветкой, в котором Белоцерковская хранила свой выпавший винир. Винир тоже украли, кстати.

Блогерка позвонила в отель и вежливо попросила вернуть CHANEL. На ресепшене ей ответили, что в номере убирались трижды и никаких «шанелей» там не обнаружено. Белоцерковская перетряхнула чемоданы и обнаружила пропажу брендовой косметички. Она снова позвонила в бутик-отель, но там, видимо, вспомнили «Ивана Васильевича» и саркастично сказали: «А, теперь ещё и косметички? Две?»

Оскорблённая блогерка, желавшая помочь ВСУ, предложила горничным пройти «детектор брехни», но была послана на три русские буквы. Тогда она отправила в отель своего друга с ультимативным требованием всё вернуть. Но и тот вернулся несолоно хлебавши. Белоцерковская звонила в полицию, но там отказались назвать даже фамилию следователя, который ищет её вещи. «Следователи тоже в доле!» — пришла к выводу Белоцерковская.

А почему бы им не быть в доле, когда в доле вся украинская власть, начиная с Зеленского? На украине все врут и все воруют.

«Я не узнаю тебя, Одесса!» — воскликнула блогерка, воздев руки. Хотя старая добрая Одесса как раз и узнаётся.