Чиптрипы в сказочное Бали

Сегодня, прячась от ливня под козырьком небольшого столичного бизнес-центра, я обратил внимание на мужчину лет тридцати шести в плаще и костюме, вышедшего из дверей с заготовленной сигаретой в печально искривлённых губах.
Не глядя по сторонам, он вышел под дождь, обратился к зеркальному окну бизнес-центра и, вглядываясь в себя, с ужасом зашептал:
Вот скучный менеджер с вялой рожей. Когда я стал им? Ты ль это, Борь?
Ведь я же слышал, как подорожник звенит о проволочный забор.
Ведь я же видел так близко травы, и меч пластмассовый помню свой,
и мак садовый, большой, кровавый кивал мне жуткою головой.Ведь я же был молодым и страстным, как вихрь стремительным и лихим.
Я пробирался путём опасным в конец участка, где лопухи.
Мне было мало — не знаю сколько: я шёл и прятался от существ,
живущих в желобе водостока, пришедших к нам из запретных мест.В иных мирах, на соседних дачах, я бился с кем-то плечом к плечу —
и боем был каждый день оплачен, и я был счастлив. Я не шучу.
Я слышал шёпот нездешних песен и сам немало их сочинил.
Я вызволил сорок три принцессы и всем им велики починил.Я знал, что в жизни не стать мне старым, и не оставит меня мой конь,
а под последним моим ударом издохнет самый плохой дракон.
Но лет на тридцать я отвернулся — и вот во что превратился я.
Мой меч сломался, мой конь споткнулся, а эта рожа — теперь моя.Я отдал жизнь свою продвиженью чиптрипов в сказочное Бали.
Так отпусти меня, отраженье, из этой галстуковой петли.
В этот момент у него выпала сигарета и зазвонил в кармане телефон. Мужчина вздохнул, ответил «Алло? Да нет, я тут, щас иду уже» — и медленно побрёл обратно в здание.