Ребят, кто-нибудь, свяжитесь с блогерами, которые с нескрываемой радостью (патриоты, ничего не поделаешь) публикуют результаты опросов, говорящие, что упало настроение у народонаселения и рейтинг – у власти.

Блогеры эти не то что утверждают, а просто буквально подразумевают, что виной тому – интернет-блокировки.

Так вот вы передайте им, что народ нервничает потому, что у него покупательские способности упали, а не потому, что ему теперь сложнее заходить на странички этих блогеров. А то они мне не верят и считают, что я всё выдумываю.

Не то чтобы блокировки на умонастроениях не сказывались (я и сам им не рад), но нельзя же так глухо эхокамеру свою бетонировать, елки-палки.

Смешнее тут, впрочем, то, что существенная прослойка народонаселения и правда восприняла блокировки как невероятный удар, а проседание экономики (на пятый год войны и санкций, внезапно) не заметила. Потому что вот так выглядит уход человечества в виртуальный мир и новый демографический переход.

Оплатить интернет, квартиру-студию и доставку пиццы денег хватает, а необходимость включать и выключать ВПН воспринимается как присутствие товарища майора прямо у тебя за спиной, потому что ты в этом пространстве буквально ЖИВЕШЬ. От этого и истерика.

Так выпьем же за выход из виртуального мира.

У интернет-информации, помимо прочего, есть две интересные особенности:

• Моментальная доставка
• Изобилие

Моментальная доставка ведет к моментальному устареванию. Роман «Generation П» звучал свежо больше десяти лет – и не просто так его с помпой экранизировали аж в 2011 году, тогда эффект узнавания российских реалий пускай и пятнадцатилетней давности давал зрителю приятное возбуждение «ух ты, это же про нас!»

Впоследствии Пелевин начал выпускать книги ежегодно, а последняя книга вышла спустя полгода после предыдущей – и всё равно выглядит устаревшей, поскольку после Эпштейна столько всего произошло, что тема эта никого уже не волнует, народонаселению уже нужен роман про Боню и Иран.

Никого не интересуют новости вчерашнего дня или, упаси господи, прошлой недели – ведь есть куча телеграм-каналов, которые публикуют новости каждые полчаса.

А с другой стороны — есть многообразие информации. Можно создать идеальную эхокамеру, в которую не просочится ничего, с чем ты не согласен. Стоит какому-то источнику высказать что-то, под чем пользователь смартфона не готов подписаться, как этот источник выкидывается, поскольку ему даже замену искать не надо – информации и так в разы больше, чем может потребить даже самый ответственный гражданин, посвящающий изучению новостей и аналитики всё свободное время.

В результате этот пользователь смартфона оказывается в парадоксальной ситуации: он постоянно занят потреблением ОЧЕНЬ ВАЖНОЙ информации, но информация эта теряет 50% ценности в течение суток и не стоит ничего спустя неделю.

К практическим выводам. Рискну заявить, что если мы потребляем информацию из некоего источника, и при этом мы не станем ее потреблять, если:

• с момента ее публикации пройдет год,
• источник этот выскажет нечто, с чем мы не согласны,

то потреблять эту информацию не стоит изначально, поскольку ее важность – иллюзорна, и мы потребляем ее из невротического страха отстать от времени и столь же невротического желания подтверждать свои убеждения.

И напротив, если информация для нас не устаревает, а мы готовы вчитываться и вдумываться в нее даже в том случае, если с ней не согласны, – значит, потребляем мы ее не ради подпитывания невроза, и в ней есть что-то, что ценно для нас по-настоящему.

Дело при этом может быть в информации, а может быть исключительно в нас – невроз может питаться чем угодно. В частности, дело не в злободневности информации самой по себе – аналитика самых свежих событий может не устареть спустя тысячелетия, а размышления о самых вечных темах могут терять актуальность после выхода следующего поста.