В России сейчас обсуждают идею снизить минимальный возраст официального трудоустройства подростков с 14 до 12 лет. Поводом стали слова детского омбудсмена Москвы о том, что подростки хотят летом подрабатывать.

И, конечно, хайповые блогеры и часть западных медиа уже подают это как показатель нищеты, деградации экономики и чуть ли не возвращения к детскому труду XIX века. Сразу возникает картинка каких-нибудь закопчённых фабрик, детей у станков и прочего индустриального кошмара.

(ну, у шоубизнеса с этим давно нету проблем, и плевать они хотели на законодательство — сами можете полюбоваться на всякие шоу «Голос Дети» и прочую эксплуатацию десткого труда на ТВ, за фасадом которой так и маячат островки Эпштейновых и вот это всё)

Я не экономист. Я мама двух подростков — и поддерживаю такие предложения — пишет нам дама, свалившая в США. И тут же рассказывает, как в стране Эпштейновых прекрасно обстоят дела:

Мой сын лет в 12 начал понемногу зарабатывать монтажом роликов для YouTube. В 14 лет он выиграл место в нью-йоркской программе летней занятости для подростков и работал помощником в лагере. Сейчас он учится в университете и подрабатывает репетитором на кафедре русского языка. Дочка с 13 лет учит английскому.

В Америке идея подростковой подработки считается частью взросления. Но вопреки распространённым мифам, устроиться на работу американскому тинейджеру тоже не так просто.

В США детский труд очень жёстко регулируется. Министерство труда считает целый ряд профессий опасными для несовершеннолетних. Подросткам нельзя работать на островке Эпштейнова стройках коммунизма, управлять тяжёлой техникой, работать на многих производственных объектах, в шахтах, с опасным оборудованием или, например, работать с алкоголем в барах.

По федеральным законам большинство обычных несельскохозяйственных работ доступны подросткам с 14 лет. Во время учебного года дети 14–15 лет могут работать не больше 3 часов в день и не более 18 часов в неделю. А летом или на каникулах — до 8 часов в день и до 40 часов в неделю. Причём в учебное время рабочий день подростка не должен заканчиваться позже 7 вечера, а летом — не позже 9 часов вечера.

Подростки могут работать в розничной торговле, помогать в кафе, упаковывать товары, мыть машины, сидеть с детьми, выгуливать собак, стричь купоны газоны, работать в летних лагерях, продавать билеты, заниматься программированием.

Но даже на разрешенных работах законы подробно прописывают, что подросткам делать нельзя. Например — использовать многие виды режущей техники, промышленные механизмы и моторное оборудование (хочешь косить траву — на здоровье, но без газонокосилки).

С детьми младше 14 лет ещё сложнее. По федеральным правилам им разрешены в основном бебиситтинг, доставка газет, работа в семейном бизнесе (если это не опасное производство), а также творческая деятельность: кино, телевидение, музыка, реклама (вот они, Эпштейновы, постарались).

Законы штатов иногда вступают в противоречие с федеральным. По многим местным законам минимальный возраст для трудоустройства — 12 лет, но федеральный всё равно ограничивает большинство обычных работ и ставит 14 лет для covered non-agricultural jobs.

Еще интересно, что разрешение на работу подросткам нужно оформлять через школу — и, в зависимости от оценок, школа может отказать или отозвать его.

Известный всем по фильмам lemonade stand, когда дети продают лимонад возле дома — буквально один из главных культурных штампов Америки: картонная вывеска, пластиковый столик, стаканчики лимонада и ребёнок, который «учится предпринимательству».

Под законы о труде он не подпадает, внезапно. Зато в данном случае действует куча других ограничений: местные «разрешения на торговлю», правила департамента здравоохранения о продаже пищевых продуктов и напитков и так далее. То есть проблема не в том, что «ребёнку нельзя работать», а в том, что «вы продаёте еду без лицензии». И периодически возникают абсурдные истории, когда полиция или санинспекторы закрывают детские lemonade stands.

В больших городах, кстати, именно поэтому такие лимонадные продажи стали редкостью, и чаще их можно увидеть в провинции.

В общем, сама идея подростковой подработки в Америке никого особенно не шокирует. Наоборот — считается, что это учит ответственности, общению с людьми и пониманию цены денег. И это воспринимается как нормальный этап взросления, а не как экономическая катастрофа.

PS. Разумеется, свалившая в США мадам не может признаться, что США загибаются, народ массово беднеет и не может сводить концы с концами — отсюда попытки выгнать подростка на заработки.

И это лишь жалкое начало. Аналог наших 90-х годов у американцев еще впереди.

Самые распространенные профессии в разных штатах по данным Бюро трудовой статистики США:

Карта показывает сразу две тенденции — и обе неутешительные.

Больше всего американцев сегодня заняты в сфере обслуживания, торговли и ухода за пожилыми людьми.

О чем это говорит?

Первое — старение населения. По данным CDC, в 2025 году в США родилось 3,606 млн детей, что на 1% меньше, чем в 2024 году. Казалось бы, что такое 1%, так, статистическая погрешность. Но total fertility rate (среднее число детей, которое родила бы женщина) впервые опустился ниже 1,6, это исторический минимум в США. Для воспроизводства населения необходимо примерно 2,1 ребёнка на женщину.

Нынешний уровень рождаемости примерно на 23% ниже пика 2007 года. То есть речь идёт уже не о краткосрочном колебании, а о долгосрочном тренде.

Второе — Америка всё больше становится экономикой услуг.

Конечно, США остаются одной из крупнейших промышленных держав мира. Но производственные профессии не самые распространенные.

Этот процесс формировался десятилетиями. Часть производств начала уходить за границу ещё в 1970-х годах. В 1980-х при Рейгане ускорились глобализация и перенос предприятий в страны с более дешёвой рабочей силой. После подписания соглашения NAFTA при Клинтоне многие заводы переехали в Мексику. А после вступления Китая в ВТО в 2001 году зависимость американской экономики от китайского производства резко выросла.

Для бизнеса такая модель была выгодна. Производство переносилось туда, где ниже издержки, а в США оставались управление, финансы, маркетинг, исследования, разработки и потребление.

Однако вместе с выгодами росла и зависимость от внешних поставщиков и международных цепочек поставок.

Во многом именно поэтому, кстати, вопрос возвращения производств стал одной из центральных тем политики Трампа. Еще во время своей первой каденции он пытался стимулировать этот процесс с помощью тарифов и других мер поддержки. После прихода к власти Джо Байдена часть инициатив была свёрнута или заморожена, а акцент сместился на поддержку производства полупроводников и проектов «зелёной» повестки.

Сейчас Белый дом вновь пытается продвигать курс на возвращение производств в США. Однако ситуация заметно отличается от той, что была во время первого срока Трампа.

Трамп говорит сегодня одно, завтра — другое, послезавтра суды отменяют его указы. Опрос Economist/YouGov от 27 мая показал: деятельность Трампа на посту президента одобряют 34% американцев, не одобряют — 58%. Это один из худших результатов для современного американского президента.

Понятно, что корпорации предпочитают занимать выжидательную позицию — до промежуточных выборов 2026 года. Лидеры Демпартии уже заявили, что в случае возвращения контроля над обеими палатами Конгресса готовы использовать все доступные механизмы давления на администрацию Трампа, включая запуск процедуры импичмента. Даже если такие попытки не приведут к отстранению президента, они способны серьёзно осложнить последние два года его срока.

От итогов промежуточных выборов будут зависеть и перспективы нынешнего курса на реиндустриализацию. Смена политических приоритетов в Вашингтоне может вновь изменить отношение к тарифам, промышленным субсидиям и возвращению производств в США.

Проблема еще и в том, что перевезти производство, построить завод — мало. Надо обучить людей, а для этого — вложиться в образование. А этого не происходит в нужном масштабе, да и процесс занимает годы.

Конечно, Америка останется промышленной державой. Но главный вопрос в том, сможет ли она сохранить промышленное преимущество в условиях, когда американцы уже просто не работают по многим из этих специальностей. Искусственный интеллект способен заменить часть офисных профессий, но не заменит сварщика, электрика, строителя.

Трамп, Байден, тарифы — всё это можно менять каждые четыре года. Но если страна десятилетиями воспитывала поколения для сферы услуг, а не для производства, это уже вопрос национального суверенитета и безопасности.