О рабской психологии

У Олега Куваева в «Территории» есть много хороших фраз и размышлений. Например, вот это: «—Только плебеи считают за счастье: лежать вверх задницей и ничего не делать, — сказал Жора Апрятин.» То же самое можно сказать о возведении в кумиры такой категории, как свобода. Абсолютизация, точнее — вульгаризация свободы, воли — это и есть основное плебейское свойство. Нет, не плебейское. Рабское. В своё время один соученик на уроке высказался, что не понимает смысла определения, что свобода — это осознанная необходимость. Для него свобода — это возможность не учиться, не делать, даже — не умываться. Хорошо быть кисою — хорошо собакою. Где хочу… В общем, вы помните это незамысловатое стихотворение, полностью отражающее смысл и помысел не_человека. Для того мальчика свобода и необходимость — это самые яростные антиподы, ибо свобода = хочу-хочуууу!, тогда как необходимость = надо-надо-надо. Потому и спорил с учителем, доказывая всю несостоятельность определения.

На самом деле, господа (в отличие от рабов) свободу (как возможность валяться, везде гадить и допиваться до свиноподобия) вообще не ценят. Больше того — они в своих философских трудах и поучительных романах постоянно прославляют служение и службистов, созидание, свершения. Советская парадигма была чисто господская — главное служить, и даже гонорар не так важен. Зато — любимая работа. Как там у Стругацких? «Не надо, — сказал я. — Не надо мерять на деньги». — «Да нет, я пошутил», — сказал бородатый. «Это он так шутит, — сказал горбоносый. — Интереснее, чем у нас, вам нигде не будет». Только господин может уйти на более интересную работу — с более оплачиваемой. Это трудно и почти нереально. Потому что для этого нужно иметь совершенно иное мышление. Господское. Раб любит не_работу за приличные деньги. Параллельно с этим, раб ненавидит дресс-код и прочие ограничения. Костюм сковывает его вольную волюшку.

Господин любит правила и ограничения.

Если их не создаёт общество, он сам будет их создавать. Чем выше осознанность, тем больше разнообразных табу. Самые могущественные короли были рабами этикета. Испанская знать, владевшая всем миром, носила чёрный бархат и истязала себя постами, молебнами, железными корсетами. Дети русских императоров воспитывались в великой строгости. Николай I (он первым это сказал!) …называл себя рабом на галерах. А ведь мог бы жрать-валяться-совокупляться. Хомо-советикуса с детства приучали к жёсткому политесу и к культу книг. Прививали господское осознание себя. Свобода — это умение сказать самому себе — нет. Рабу всегда мало свободы. Как только ему дают возможность лежать, а не бегать, он тут же начинает требовать сервировочный столик рядом с лежбищем, а ещё — телеящик с развлекаловкой — пред очи. Рабу все обязаны. Господину — никто, ибо господин сам творит свою жизнь. Не устраивает — уходит. Или сражается. Раб — сетует, ноет, обвиняет. Ему недодали. Он желал бы денег и устроенности. Но не созидания. Раб завистлив — ему всегда мало и вечно плохо.

Раб любит Себя, считая своё Я — центром мироздания. Господин способен к скептическому отношению к своей персоне. Раб ценит свою тушку, свои маленькие достиженьица и свои крохотные достоинства, раздуваемые им до размеров гениальности. Господин не думает о себе-прекрасном. Для него важно дело. Раб ощущает свою неповторимость. Господин — просто живёт, ибо он — хозяин жизни. Он может не иметь супер-гаджета и пятиэтажного особняка. А может иметь. Его суть не изменяется. Дворянин — и в дырявом камзоле, и в бриллиантах всё равно остаётся таковым. У него нельзя отнять его статус. Всё то же втюхивалось и советским людям — советское звучит гордо. Мы не рабы. Современный же человек имеет рабью сущность — ему всего и всегда мало. Особенно той самой свободы. Для него воля — это разрушение, топтание, охлократия, критика властей, ничегонеделание. Ему бы порвать оковы… Он бы уууух! Побежал бы в пампасы. Перестал бы бриться. Побил бы всех чиновников. И заодно — велосипедистов. И завёл бы себе гарем. И жрал бы. И плевал бы всем в лицо. Это и есть свобода раба. А свобода господина — это работа.

Источник материала
Настоящий материал самостоятельно опубликован в нашем сообществе пользователем Ufadex на основании действующей редакции Пользовательского Соглашения. Если вы считаете, что такая публикация нарушает ваши авторские и/или смежные права, вам необходимо сообщить об этом администрации сайта на EMAIL abuse@proru.org с указанием адреса (URL) страницы, содержащей спорный материал. Нарушение будет в кратчайшие сроки устранено, виновные наказаны.

You may also like...

Комментарии

Сортировать по:   новые | старые
redthreat
redthreat

«Кое-чего вы уже достигли, Джойс. Вы не хотите быть слугой. Теперь вам осталась самая малость: перестать хотеть быть господином.» (с) Стругацкие 🙂

wpDiscuz

Как презрен по мыслям сидящего в покое факел, приготовленный для спотыкающихся ногами, как покойны шатры у грабителей и безопасны у раздражающих Бога, которые как бы Бога носят в руках своих. И подлинно: спроси у скота, и научит тебя, у птицы небесной, и возвестит тебе; или побеседуй с землею, и наставит тебя, и скажут тебе рыбы морские. Не ухо ли разбирает слова, и не язык ли распознает вкус пищи? В старцах – мудрость, и в долголетних – разум. Что Он разрушит, то не построится; кого Он заключит, тот не высвободится. Остановит воды, и все высохнет; пустит их, и превратят землю, и строго накажет Он вас, хотя вы и скрытно лицемерите. Неужели величие Его не устрашает вас, и страх Его не нападает на вас? Напоминания ваши подобны пеплу; оплоты ваши – оплоты глиняные. Для дерева есть надежда, что оно, если и будет срублено, снова оживет, и отрасли от него выходить не перестанут: если и устарел в земле корень его, и пень его замер в пыли, но, лишь почуяло воду, оно дает отпрыски и пускает ветви, как бы вновь посаженное.