Марксизм как инженерная задача

Когда я в 70-х изучал марксистско-ленинскую философию и одновременно механику и машиностроение, то постоянно натыкался на вопиющие противоречия между очевидно практическими утверждениями специальных дисциплин и совершенно бесполезными философскими категориями, которые, как ни странно, зачастую, описывали одно и то же. Эти противоречия настолько резали глаз, что мне было странно, что никто даже не задумывается о том, что надо бы как-то их разрешить. Я и понятия тогда не имел, что вообще-то многие противоречия были давно сняты в сталинских работах, но? как известно, в то время прочесть их было невозможно. Это теперь я понимаю, что так и было задумано Хрущёвым и развенчание сталинизма преследовало несколько иную цель, чем разоблачение культа личности и т.п. хрени, под соусом которой отвлекли внимание от главного — изменения модели экономики сталинского, совершенно отличающегося от всех ранее известных, варианта системы хозяйствования.

Исключение из рассмотрения сталинизма, возврат к чистому ленинизму, который, как известно, не успел дать никаких практических результатов в области экономики, привёл к тому, что марксизм перестал развиваться вообще. Суть его как учения, разрабатывающего принципы прогрессивных производственных отношений, была выхолощена, и вплоть до распада СССР мы были вынуждены слышать абсолютно бесполезные сентенции в стандартном, в 70-х в зубах настрявшем лексиконе лекторов института марксизма-ленинизма.

И тут же марксисты позднесоветского периода проиграли рыночникам, которые на месте не стояли, а развивали свои теории, которые прочно внедрялись в мозг хозяйственников в СССР, как раз на то опустевшее место, когда-то занятое сталинизмом. Ясен пень, что пророка нашли на Западе, раз свой мышей ловить перестал.

Ситуация с тех пор ни разу не изменилась. Более того она, ухудшилась. Современные «коммунисты» в массе вообще политэкономию игнорируют, предпочитая продолжать бубнить всё те же мантры и всё в том же лексиконе провинциальных лекторов общества «Знание». Впрочем, у их либеральных нынче противников лексикон точно такой же — ВПШ-то у них была одна и та же!

Ну, так вот, когда в 21 веке начинают болтать, используя понятия, рождённые в веке 19-м, без какого-либо учёта того, что сам факт существования СССР изменил общественные отношения раз и навсегда, становится понятно, что ждать что-либо хорошего от такого теоретического уровня не приходится. Марксизм надо либо развивать с той точки, в которой его оставил Сталин, либо забыть и больше к теме не возвращаться. А Сталин вплотную подошёл к необходимости окончательно решить задачу продуктообмена в рамках социалистической (его, сталинской) системы хозяйствования и сделать процесс восхождения к коммунизму необратимым. Не успел… А «последователи» сделали всё, чтобы сталинская системы была разрушена!

Обратите внимание на то, что главной целью всех антикоммунистов и антисоветчиков всегда был и остаётся именно Сталин и именно сталинский СССР. К остальным периодам они относятся более спокойно. А всё дело в том, что главной опасностью для них является не коммунистическая идеология и риторика, главной опасностью является работоспособный и, как оказалось, максимально эффективный вариант экономики, решительно отличающийся от всех прочих, а самое главное, в принципе исключаюший главную цель любого капиталиста — извлечение прибыли. Любую идеологию они могут простить и принять. Любую. Кроме физического способа исключения самой возможности извлекать частную прибыль!

И, соотвественно, их сопряжённой целью является недопущение того, чтобы идеи сталинизма овладели массами, как это было с 30-х, по середину 50-х.

Как из вариационных принципов механики напрямую не следуют конструкции механизмов, так и из принципов марксизма не следуют практические варианты производственных отношений и систем хозяйствования. Но все возможные варианты строго на этих принципах базируются. Иных не существует вообще, ввиду невозможности реализации.

Ну, а что такое марксизм вообще? Это эволюционная теория, предметом изучения, которой является эволюция производительных сил и производственных отношений. Социально-производственный аналог дарвинизма, пытающегося нащупать методы селекции производственных отношений. Сталин максимально использовал эти принципы и в результате селекции на их основе, получил работоспособную версию. К сожалению, успел реализовать только «мичуринский» вариант, а «генетикой» коммунизма завещал заняться потомкам.

(примечание: тут я не согласен, у марксизма, помимо невключения в систему ссудного процента (не поверю, что «нечаянно»), позиция антинаучна: первична не экономика, она как система зависит от идеологии. Впрочем, автор в комментариях пишет о своём мнении: «Целиком и полностью оно основано на марксизме, из которого я выкину всю философию. Ибо ни нафиг не сдалась». С моей т.з. — это уже не марксизм получается, но статью я выкладываю на сайт именно из-за конструктивных мыслей, которые именно против марксиситкой догмы).

Марксизм, да и не только он, как известно, начинается с констатации простого физиологического факта, заключающегося в том, что человек должен потреблять жизненноважные ресурсы. А для того, чтобы их потреблять, он должен производить.

Очевидно, что даже для того, чтобы съесть дикорастущий банан, человек должен произвести ряд совершенно механических действий. И даже для того, чтобы дышать халявным кислородом, он должен прокачивать через себя кубометры воздуха. Сейчас очевидно, что это тривиальное утверждение можно было бы изложить на половине странички. Во времена Маркса это было практически прорывным знанием. Оттого труды Маркса чрезвычайно объёмы и трудночитаемы. Ленину не удалось сократить объём, а, наоборот, получилось его преумножить и по-максимуму запутать. И только Сталин, вынужденный из мегатонн информации выбирать годное для практических целей, сумел изложить суть кратко. Но и он не сумел полностью изъять из обращения запутывающие философские категории. Поэтому до сих пор гуляют формулировки об абстрактном, конкретном и прочем труде, о классах — группах людей, о товарно-денежных отношениях и т.п. и т.д., включая и буржуазные категории типа социальных лифтов, свобод, масломасляных пирамид «хлебоу, маслоу, икроу», конкуренций и тому подобной бесполезной шелухи, которую всяк себе по своему представляет.

А мы сейчас пошлём всё это к чёрту и лишим пропагандонов с обоих противоборствующих сторон пищи для флуда. 🙂

Итак, если следовать Марксу до конца, но всё же учитывать современные знания, то, все физиологические потребности человека описываются диапазонами характеристик Системы Обеспечения Жизнедеятельности (СОЖ).

Температура, влажность, состав атмосферы, доступность, состав и качество пищи и т.п.. Эти диапазоны достаточно широки, поскольку они обеспечивают только необходимый уровень. Более узкими будут диапазоны характеристик СОЖ для обеспечения функции продолжения рода, обеспечения максимальной продолжительности жизни, комфортных условий и т.п. Ещё более узкими будут диапазоны, учитывающие предпочтения отдельных представителей популяции. В этом случае для каждого индивида будет уже не диапазон, а свой собственный спектр характеристик, не совпадающий со спектром предпочтений другого индивида. Различие обусловлено работой механизма приспособляемости в процессе эволюции, но это здесь неважно. Достаточно просто учесть факт различий.

Ну, раз человек может существовать только в рамках СОЖ, то вся его производственная деятельность заключается ни в чём другом, кроме, как в воспроизводстве ресурсов СОЖ и себя любимого как единицы популяции и популяции в целом.

Что в результате получается? Система, которая воспроизводит самоё себя и в которой человек является практически равноправной частью. Составной частью общей системы. Её винтиком, шестерёнкой или как хотите ещё назовите. Без человека нет и этой системы. А вот её устройство может быть различным и достаточно сложным.

Кому-то может показаться обидным, что я низвёл роль человека в производстве до шестерёнки или винтика, но, поверьте, в этом ничего обидного нет. Тот, кто занимался задачей автоматизации, заключающейся, как известно, в определении функции человека и передачи её автомату, прекрасно представляет, о чём речь. Как только эта функция определяется, то в автомате она играет именно такую совершенно безмозглую роль какого-нибудь питателя, опрокидывателя, направляющей и т.п. элемента сложного механизма и его структурной единицей. Ну, кто хоть раз в цепочке кирпичи кидал, тот понимает. Даже в случае взаимоотношений с бананом человек выступает в роли транспортировщика, а затем измельчителя и ферментизатора, хотя этот физиологический факт рассматривать уже ни к чему. 🙂

Такой уровень рассмотрения через совершенно механическую функцию человека в общей системе воспроизводства и потребления ресурсов СОЖ позволяет значительно упростить схему. К опрокидывателю или дозатору невозможно применить категорию отношения собственности. Магазинный питатель или накопитель не может быть пролетариатом или банкиром, но функции он выполняет практически те же самые и встроен в систему «производственных отношений», которая в нашем варианте рассмотрения является всего лишь конструкцией, обеспечивающей функцию.

Ах, Вы хотите сказать, что не кирпичи таскаете, а музыку сочиняете и тем живёте? Ради бога. Видите, в спектре СОЖ появилась тоненькая линия? Это ресурс, произведённый вами. У него есть потребители? Он совпадает с каким-то из основных диапазонов СОЖ? Нет? Это элитарный продукт? Замечательно. Учли и сосчитали! Вы меняете вами произведённый ресурс на один из основных — значит, кто-то воспроизводит этот ресурс вместо вас и согласен с этим. Вы не участвуете в общем процессе воспроизводства СОЖ, а просто сидите на валу отбора мощности в качестве паразитной шестерёнки. Ничего страшного, если у системы есть запас по мощности и ваш ресурс обменивается на долю основного.

(здесь можно вспомнить навязываемый миф «постиндустриального общества», наглядно получается)

Вот мы и подошли к главному — подсистеме распределения производимых ресурсов СОЖ. Сталин называл её продуктообменом. И устройство этой подсистемы и её место в общей системе полностью определяет различие между капитализмом и социализмом при всех прочих равных.

Напомню, что целей у нашей системы две — непрерывное воспроизводство ресурсов СОЖ, потребляемых структурными единицами системы и воспроизводство самих структурных единиц. Есть и подцель — развитие системы с расширением состава ресурсов, их диапазонов и спектров учитывающих различие в предпочтениях, так и уникальность некоторых ресурсов, которые вообще редко потребляются.

Ну, и понятно, что структурные единицы системы непрерывно потребляют ресурсы СОЖ и немедленно их воспроизводят.

Потребление же осуществляется через подсистему распределения, которая также состоит из тех же структурных единиц и так же потребляет ресурсы. При этом подсистема распределения является по сути управляющей. И вот тут-то и становится очевидным, что устройство подсистемы распределения чрезвычайно влияет на выполнение главных функций общей системы.

Если устройство системы распределения не обеспечивает баланса между главными функциями всей системы, то начинаются перекосы. Упущение цели воспроизводства структурных единиц (популяции) приводит к гипертрофированию функции самовоспроизводства. При этом задача обеспечения максимальной производительности и эффективности процесса может привести к ситуации, когда в системе не требуется столько структурных единиц, сколько их есть в популяции. Конструкцию можно упростить, добиться максимальной эффективности соотношения результата воспроизводства ресурсов к затратам, но при этом выключить из системы распределения множество структурных единиц и лишить их ресурсов СОЖ.

Как видите, такая система чётко описывает эффективный госкапитализм, заточенный на эффективность саморазвития без учёта цели воспроизводства популяции на основе ограничения доступа к ресурсам «лишних» структурных единиц. Такая система чрезвычайно эффективна в реализации функции самовоспроизводства, но совершенно неэффективна в функции воспроизводства популяции и обеспечения её достаточными ресурсами.

Другое устройство системы распределения преследует совершенно иную цель. На основе разумного снижения возможной эффективности, система непрерывно расширяется задействуя в своём составе все структурные единицы, способные участвовать в воспроизводстве. И тем самым обеспечивает обе цели: главную — воспроизводство популяции структурных единиц, так и сопряжённую — развитие самой системы с организацией мест для встраивания структурных единиц.

Ясное дело, что эти две системы, абсолютно одинаковые в части воспроизводства, совершенно разные по устройству системы распределения и управления. И переход от одной к другой является предельным в том смысле, что требуется изменение функции, и соответственно, устройства подсистемы распределения.

Ясное дело, что вторая система есть аналог сталинской социалистической, а первая представляет собой обычный дарвиновский госкапитализм в котором все непрофильные активы сброшены в угоду божка самодостаточной эффективности и рентабельности. И целью которого является развитие, непонятно зачем.

(Уточняю: развитие есть в обоих случаях, но пониманается по-разному. При социализме развитием называеся «развитие системы с расширением состава ресурсов, их диапазонов и спектров» и т.д., т.е. комплексное развитие всей системы; при капитализме же развитием считается повышение уровня и навороченность потребления «верхнего меньшинства»).

Я намеренно пока не задействовал понятия рынка, плана и всякой конкуренции, поскольку учёт их сделает разницу между рассматриваемыми моделями ещё более существенной. Именно на этой минимальной разнице в главной функции и в устройстве системы распределения/управления наглядно видно, что имел в виду товарищ Сталин, указывая на опасность «подмены экономических законов» и почему нельзя в принципе сравнивать эти системы, находясь в разных системах отсчёта, — одну с позиций другой, чем так любят заниматься капиталисты и на поводу которых, когда-то, ещё с Хрущёва, пошли «члены КПСС». (У меня язык не поворачивается назвать их коммунистами).

Как помните, Сталин в своей работе подчёркивал важность решения задачи продуктообмена, что в наших терминах означает совершенствование системы распределения, которая была в зачаточном состоянии.

Все предпосылки для её совершенствования уже были созданы, а, главное, на десятилетия вперёд была обеспечена неприкосновенность границ СССР и можно было спокойно заняться бытом. Не успел… Хрущёв и не собирался. Но что имелось в виду под опасностью подмены экономических законов, которая и совершилась под руководством Хрущёва и Брежнева?

Экономический закон в терминологии Сталина применительно к нашей модели есть ни что иное, как следование системы выполнению её главной функции. А функций тут две — воспроизводство ресурсов СОЖ и воспроизводство структурных единиц. И ещё вопрос, что служит для чего — ресурсы СОЖ для структурных единиц или структурные единицы служат для цели преумножения ресурсов СОЖ. Налицо свойство двойственности с преобразованием инверсии между двумя вариантами и необходимостью предельного перехода от одной конструкции к другой. Либо система работает на на эффективность воспроизводства ресурсов СОЖ за счёт минимизации расхода этих ресурсов на воспроизводство структурных единиц, даже с их исключением из системы, либо, наоборот, система работает на воспроизводство всех имеющихся и вновь встраиваемых в систему структурных единиц, и тратит ресурсы СОЖ не «эффективно», а по мере их необходимости для указанных целей.

Подмена законов, о которой говорил Сталин, состоит в изменении функции и превалировании самодостаточного воспроизводства объёма ресурсов СОЖ над потребностями «лишних» в системе в разрезе эффективности структурных единиц. Эта ситуация возникла в позднем СССР в 70-е годы. Производство зациклилось на собственном саморазвитии, забыв, что оно средство для «удовлетворения всё возрастающих потребностей» и закономерно скатилось в предельный переход к другому полюсу, когда интересы «структурных единиц» системы стали игнорироваться настолько, насколько это возможно. В пределе на грани распада всей системы. Что и наблюдается повсеместно.

Что же касается любимого конька всех экономистов доказывать, что капитализм эффективнее сталинского социализма, то это прокатывает на философском уровне, ибо туманно всё. На механической модели сей фокус не проходит. Разница в устройстве, при всём прочем структурном сходстве, совершенно очевидна, и очевидно, как эта разница в конечном итоге влияет на целевую функцию. Ни одному экономисту и в голову не придёт сравнить эффективность локомобиля (стационарная паросиловая установка) и паровоза — у них функции разные. Паровоз перемещает грузы, локомобиль приводит в движение приводные ремни. Сколько ни сравнивай по мощности и КПД, сравнивать количество перевезённых грузов придёт в башку только сумасшедшему экономисту. А то, что такое же сумасшествие проявляется в сравнении разных экономических систем, оказывается совсем не очевидным! И всякие Ясины запросто имеют возможность напустить тумана и с пеной у рта доказывать типа следующего: «Гляньте. У вас коробка передач и у нас. У нас, смотрите, какая классная коробка — вся из себя золотая, шестерёнки блестячие, переключает 300 сортов скоростей, а не то что четыре ваших, ручка переключения красного дерева со стразами, а в набалдашнике натуральный брульянт в тыщу каратов! Да вашей ржавой коробке с четырьмя сортами скоростей такое и не снилось никогда! Эффективность, мля! И сплошная свобода от сцепления с колёсами!». Ясен пень, что ясины никогда не будут акцентировать внимание на том, что наша коробка с её четырьмя скоростями служит вообще-то для целей передачи крутящего момента на колёса, и, соотвественно, не свободна от этой передачи и служит для цели перемещения всей шайтан-арбы в целом, а не целям глубокого морального удовлетворения от созерцания бриллиантовой ручки, на которую высвобождены ресурсы за счёт того, что какие-то структурные единицы не задействованы в системе вовсе! Вот поэтому, я и замутил «механизьменную» модель, илюстрирующую сходство и разницу экономических моделей, чтобы идиотизм экономистов был очевиден.

Ну и напоследок про рынок с планом. Как известно, механические системы бывают голономными и неголономными. Голономные — это такие, у которых все связи геометрические и непосредственно интегрируемые. Такие системы имеют строго синхронизируемый цикл и они полностью предсказуемы в пределах этого цикла. Возможность прогноза действия системы на будущий интервал времени даёт возможность того, что мы называем планированием. Соотвественно, в плановом же порядке можно эту систему развивать, совершенствовать и модернизировать. Конкуренция между её структурными единицами невозможна в принципе, как невозможна в принципе конкуренция между колёсными парами паровоза, поскольку в этом случае паровоз прибудет в конечную точку не целиком, а по частям 🙂 Т.е. в системе с конкуренцией у вас всегда сохраняется шанс вообще не попасть из пункта А в пункт Б потому, что система может и не доехать 🙂

Другие системы со связями неголономными и, соотвественно, непосредственно не интегрируемыми. С неопределённостями в точках связей и со всеми вытекающими случайностями в них. Впрочем, я считаю, что это вообще не системы, но это вопрос отдельный. Так вот, рыночная система распределения — это система на неголономных связях с неопределёнными и случайно возникающими характеристиками в них. Полный идиотизм — затевать такую систему распределения для целей управления да ещё и вопить о каких-то её преимуществах для обеспечения пресловутой конкурентоспособности. Для наглядности попробуйте представить, что вместо распредвала, управляющего клапанами, и в системе управления впрыском, стоит датчик случайных чисел, а их действие не синхронизировано. Далеко уедете? Думаю, очевидно, что нет. При всей очевидной конкуренции в головке блока цилиндров. 🙂 Правда, к этой дурацкой системе можно применить ряд изощрений, компенсирующих асинхрон за счёт придания дополнительных степеней свободы коленчатому валу относительно шатунов. Получится, что крутить его будет действительно самый эффективный и победивший в нелёгкой конкурентной борьбе цилиндр. 🙂 Но один. Остальные, дай бог, что не будут тормозить. Дальше будете банкротить неконкурентоспособные цилиндры, сбрасывать их, как непрофильные активы или всё же сообразите, что вернуться к нормальной синхронизированной схеме много лучше? Или всё ещё не очевидно?
Роль конкуренции. Реквием по понятию в экономике

«Кто раньше встал, того и тапки» — в этой фразе вся суть того, что называют конкуренцией. Производство, призванное решить задачу обеспечения количества тапок равным количеству ног, вопрос конкуренции снимает в принципе. В общем-то на этом можно было бы и закончить, поскольку любому вменяемому производственнику очевидно, что все досужие рассуждения о конкуренции в такой постановке вопроса, просто бессмысленны.

Но нам-то разнокалиберные экономисты вешают лапшу на уши совсем иного рода! Дескать, без конкуренции нет развития! И т.д. и т.п., с подведением под это «научной» базы. Правда, ещё ни один из них ни разу прямо не ответил на вопрос в вышеприведённой формулировке. Это как в анекдоте про детектив. Если изначально знать, кто убийца, то детектив читать вряд ли будут. Кто станет слушать экономистов, если тема закрыта изначально? Сталин тему закрыл. Потому его экономисты очень не любят.

Вы никогда не задумывались над тем, почему в своё время, в первой половине 20-го века, из рассмотрения был выброшен механицизм? Его применение стало чуть ли не неприличным. Хотя, казалось бы, для анализа механического производства лучше метода не придумать? А сдаётся мне, что всё просто объясняется. Только в таком подходе очень наглядно выявляется целевая функция механической системы и обмануться с ней достаточно сложно. А вот если применить математический анализ, то целевую функцию можно подменить запросто. И при этом одно и то же аналитическое описание запросто может быть применимо к двум совершенно разным по целевым функциям, механическим системам.

Вернёмся опять к наглядному примеру с локомобилем (стационарная паросиловая установка) и паровозу. Очевидно, что у двух этих механических систем разные целевые функции и сравнивать по критерию перевезённых грузов их просто глупо. Но это для нас очевидно. А экономистам зачастую требуется дело затуманить, сравнить несравнимое и запихать невпихуемое. И сравнивают. Типа, локомобиль за период своей работы по тасканию взад-вперёд пилорамы произвёл столько досок, что, сложив их в длину, можно три раза подряд замостить расстояние от Земли до Луны, и паровоз за то же время перевёз такое же количество досок. Сравнили? Теперь поимейте чувство глубокого удовлетворения от этого факта!

И вот вам вся доказанная и семижды проверенная аналитика. И спорить не смейте. Экономистам виднее, а механики тут сбоку. Не следует им с их маслёнками и редукторами в калашный экономический ряд соваться! И потихонечку своего они добились. Вывели из рассмотрения существо вопроса цели производства и методов достижения этих целей. И вовсю разгулялись в вопросах дележа этого производственного результата. Естественно, в традиционно рыночной его парадигме.

А такова была и цель. Когда-то, когда большинство населения было необразованным, для обоснования сложившегося спонтанно порядка вещей было достаточным сослаться на его божественное происхождение. В 20-м веке, веке НТР и массовой образованности, такое обоснование не выдерживало критики. Требовалось научное. Поднапряглись — и извольте получить! На базе новейших данных биологии. Маркс, говорите, в моде? Учение об эволюции социально-экономических укладов? О возможности некого общества социальной справедливости? Докажем, что он не прав. И на том же эволюционном поле. На философском Поппер, с идиотским принципом фальсифицируемости (вот тут с автором не согласен, очень полезный принцип), а на экономическом — будет естественный отбор, социальный дарвинизм и конкуренция. Всё, типо, как в природе, а природа изначально несправедлива и рулят альфа-самцы. И победивший в конкуренции получает всё. Остальные должны смириться с судьбой и подчиниться. Всё вроде логично и увлекательно. Вроде как объясняет развитие. Даже я по молодости залечился. Но любопытство сгубило кошку.

А как на самом деле в природе? Что такое конкуренция в природе и действительно ли она влияет на развитие?

По определению — это борьба за доступ к лучшим ресурсам СОЖ — пище, условиям и месту размножения и т.д. и .т.п.

Различают два вида конкуренции. Внутривидовую и межвидовую.

Внутривидовая конкуренция происходит строго за одно и то же множество ресурсов СОЖ и дополняется ещё и половым отбором, способствующим вымиранию менее приспособленных особей в популяции и выживанию более приспособленных.

Вот половой отбор и обеспечивает развитие и максимальную приспособляемость популяции в целом к изменяющимся условиям.

Межвидовой отбор ещё более варварский, поскольку представители разных видов претендуют не только на пересекающиеся множества ресурсов СОЖ, но и сами таковыми ресурсами являются в системе хищник-жертва. И опять через половой отбор популяция совершенствуется в смысле приспособления к условиям.

А всегда-ли в природе конкуренция работает на развитие? Оказывается, нет. Кролики, завезённые в Австралию, показали, что их межвидовые конкуренты за растительную пищу — овцы — вовсе неконкурентоспособны. Кролики размножились и сожрали всю траву. У овец не осталось никаких шансов на развитие, зато появились все шансы на вымирание и никакая конкуренция не помогла в принципе. Помогло вмешательство извне. Симбионта с овцами или паразита на овцах, как вам угодно, человека, для которого ресурс в виде поголовья неконкурентоспособных овец оказался более важен, чем поголовье успешных кроликов. И поступил человек как охаянный либералами государственник — жёстко подавил спонтанную конкуренцию со стороны кроликов и вполне тоталитарными методами уменьшил их поголовье, обеспечив развитие системы в нужном ему направлении и, повторяю, как раз за счёт ликвидации конкуренции. Чубайс негодуе! Овцы должны были вымереть — это закон либерала!

Итак, получается, что конкуренция вовсе даже и не всегда полезна для развития. Она, как и все остальные, какие только можно обнаружить механизмы эволюции, не имеет однозначно полезного действия, как пространство не имеет выделенных направлений. Но и это ещё не всё! Даже если взять только полезность конкуренции в смысле совершенствования приспособляемости популяции и не обращать внимание на то, что это вообще-то и не так на самом деле в природе, то возникает вопрос как к биологам, так и их последователям — экономистам. Ну хорошо, допустим, конкуренция способствует развитию и увеличению приспособляемости за счёт того, что выживает сильнейший. И понятен механизм. А что в результате получается? Почему вдруг исследованиям стоп? А что получается в результате? Как меняется вся система? Какие конкретно механизмы были выработаны в процессе этого самого увеличения приспособляемости. Как она реализуется? Ничего же не объяснено. Только констатировано, что развитие есть и приспособляемость увеличилась. А как? За счёт чего? А нет ответа. Биологи останавливаются на том месте, где механик только начинает задавать вопросы. Но механицизм решительно отринут! А экономисты в принципе не знают что дальше. Им биологи не рассказали. И глючат в рамках того, что достигнуто сочиняя невиданные модели насчёт между и внутриотраслевых конкуренций. И знаете, что самое интересное? Возникла мода на то, что биологи стали брать экономические аналогии и на их базе строить свои биологические модели. Всё! С моей точки зрения это апофеоз маразма! Дальше ехать некуда. Круг замкнулся. А мы сейчас выйдем за его рамки. У нас свой путь — хоть «механизьменный», зато плодотворный.

Итак, если рассматривать получаемую в процессе конкуренции и естественного отбора приспособляемость популяции, то очевидно, что приспособляемость системы получается за счёт развития внутри системы необходимого количества компенсаторных механизмов, предназначенных для учёта максимального количества угрожающих популяции факторов! Что, в свою очередь, выражается в увеличении количества внутренних степеней свободы, которое, как известно, происходит за счёт наложения необходимого количества условий связи по каждому из множества таких факторов! Общее усложнение происходит в результате упрощения по каждой связи в отдельности! И в результате снимает вопрос о конкуренции так же, как в задаче про количество тапок. Значит, конкуренция, о которой так много рассуждают экономисты с подачи биологов всего лишь вариант способа решения задачи компенсации в системе! И кто сказал, что единственный вариант?

В колёсной паре с жёсткой осью между колёсами возникает «конкуренция» по угловым скоростям. При входе в поворот колёса идут юзом, ось работает на скручивание, но ни один механик не решает задачу на компенсацию за счёт «вымирания» менее приспособленного колеса. Зато решает задачу развития с усложнением вводом дополнительных степеней свободы наложением связей, или проще — дифференциального редуктора. И тем ликвидирует конкуренцию в принципе. Развитие есть, а конкуренция осталась в глюках экономистов!

Так и в экономике, включая капиталистическую. В рамках производства, развитие которого идёт всегда за счёт ввода дополнительных степеней свободы, никогда никакой конкуренции не было и нет. Функциональность изделия определяется технологическим пределом и ничем больше. Пылесосы не конкурируют между собой. Между собой конкурируют только идиоты потребители с промытыми пропагандой мозгами. А их разводят как лохов, предлагая совершенно однотипные по техническому решению изделия, но зато в разной степени расцвеченности, с подключением к интернету, с управлением от айфона, со стразами и в золотом корпусе И прочая и прочая. Это конкуренция по фактору большей краснозадости их обладателей. И к развитию производтства никакого отношения она не имеет. Просто удобно иметь под боком вот таких «квалифицированных потребителей» и паразитировать на них.

P.S. Решил добавить, а то, может быть, не всем очевидно. В системе с голономными связями, той, действие которой насквозь закономерно и предсказуемо, задача развития в смысле умножения компенсаторных возможностей за счёт увеличения степеней свободы, решается значительно проще, чем в неголономной, которая «рыночная» с её случайностями и непредсказуемостями в точках связей. Проще, если эту задачу решать. Впрочем, на примере развития ОПК всё очевидно.

Материал: http://users.livejournal.com/sharper_/410607.html
Настоящий материал самостоятельно опубликован в нашем сообществе пользователем Stumbler на основании действующей редакции Пользовательского Соглашения. Если вы считаете, что такая публикация нарушает ваши авторские и/или смежные права, вам необходимо сообщить об этом администрации сайта на EMAIL abuse@proru.org с указанием адреса (URL) страницы, содержащей спорный материал. Нарушение будет в кратчайшие сроки устранено, виновные наказаны.

You may also like...

Комментарии

Сортировать по:   новые | старые
Ayatola
Ayatola

Неплохо.

Grey67
Grey67

Многабукоф, но прочёл с интересом. И как кондовый технарь согласен с вышеизложенным 🙂 .
ЗЫ: пожалуй, надо будет почитать о сталинской системе экономики повнимательнее, а то всё как-то по верхам…

Dimokrat
Dimokrat

Чисто научный подход: отмести всю лирику и философию, оставив механику и математику. Неистово плюсую.

ZIL.ok.130
ZIL.ok.130

Весьма.
Не помешало бы немного конкретизировать именно по сталинской экономике.

wpDiscuz

Как презрен по мыслям сидящего в покое факел, приготовленный для спотыкающихся ногами, как покойны шатры у грабителей и безопасны у раздражающих Бога, которые как бы Бога носят в руках своих. И подлинно: спроси у скота, и научит тебя, у птицы небесной, и возвестит тебе; или побеседуй с землею, и наставит тебя, и скажут тебе рыбы морские. Не ухо ли разбирает слова, и не язык ли распознает вкус пищи? В старцах – мудрость, и в долголетних – разум. Что Он разрушит, то не построится; кого Он заключит, тот не высвободится. Остановит воды, и все высохнет; пустит их, и превратят землю, и строго накажет Он вас, хотя вы и скрытно лицемерите. Неужели величие Его не устрашает вас, и страх Его не нападает на вас? Напоминания ваши подобны пеплу; оплоты ваши – оплоты глиняные. Для дерева есть надежда, что оно, если и будет срублено, снова оживет, и отрасли от него выходить не перестанут: если и устарел в земле корень его, и пень его замер в пыли, но, лишь почуяло воду, оно дает отпрыски и пускает ветви, как бы вновь посаженное.