У истоков трансплантологии

В 1957 г. советский хирург Владимир Демихов произвел невероятный эксперимент: он пересадил голову одной собаки на туловище другой и тем самым создал двуглавое животное. Подопытная собака жила пять дней и хотя была ослаблена, все же самостоятельно держалась на ногах. При воздействии световых и звуковых раздражителей обе головы пытались лаять…

 

Успех не всегда сопутствует талантливым людям – многие так и остаются в безвестности. Везет лишь некоторым, и к ним приходит заслуженное признание. Биолог, физиолог, хирург-экспериментатор Владимир Петрович Демихов относится к таким счастливцам отчасти. Судьба отпустила ему талант, одарила творческой удачей, но славой не согрела. А между тем, фактически именно Демихов стал родоначальником мировой трансплантологии, поэтому имя его по праву вошло в историю мировой науки.

13

Владимир Петрович Демихов родился 18 июля 1916 г. в России на хуторе Кулини (территория современной Волгоградской области) в семье крестьянина. В Гражданскую войну в 1919 г. отец, Петр Яковлевич, погиб, и матери, Домнике Александровне, одной пришлось поднимать троих детей. Семья была дружной, Домника Александровна воспитывала детей в любви и уважении к труду. В результате все дети получили высшее образование.

Жизненный путь определился сразу. В 1934 г. В.Демихов поступил в Московский государственный университет на физиологическое отделение биологического факультета и очень рано начал научную деятельность. В 1937 г., будучи студентом-третьекурсником, он сконструировал и собственными руками изготовил первое в мире искусственное сердце и вживил его собаке. Собака жила два часа.

С университетских лет и на всю жизнь он сохранил «одну, но пламенную страсть» – страсть к науке, не позволявшую праздно тратить отпущенное Богом время. Уже в молодости отчетливо проявилась та черта характера, которая будет типичной для Демихова на протяжении всей его жизни, – работать, работать, несмотря ни на что.

В 1940 г. Демихов окончил университет. Впереди обширные замыслы, планы. Война все это отодвигает в будущее. С самого начала и до конца войны Демихов в действующей армии. Он выполняет обязанности врача-патологоанатома, однако и здесь идеи трансплантации органов не оставляют пытливого доктора.

Сразу после войны он приходит в Институт экспериментальной и клинической хирургии. Несмотря на трудности технического и материального порядка, энергичный и изобретательный экспериментатор производит уникальные операции.

В 1946 г. впервые в мире Демихов пересаживает второе донорское сердце в грудную полость, а в дальнейшем разрабатывает и апробирует в эксперименте на собаках около 40 схем пересадки сердца, в том числе и с долями легкого. В том же году впервые в мире производит полную замену сердечно-легочного комплекса без использования аппарата искусственного кровообращения.

В 1947 г. также впервые в мире он осуществляет пересадку легкого без сердца. Через год делает пересадку печени.

В 1951 г. впервые в мире заменяет сердце собаки на донорское без использования аппарата искусственного кровообращения и доказывает принципиальную возможность подобных операций.

В 1952 г. впервые в эксперименте на собаках осуществляет коронарное шунтирование. Этот метод сегодня широко применяется в клинической практике во всем мире. Почти через четыре десятка лет, в 1988 г. (лучше поздно, чем никогда!), работа отмечена Государственной премией, которую В.П. Демихов получил вместе с группой хирургов, внедрявших эту операцию в клинику.

В 1956 г. Демихов пишет диссертацию на тему пересадки жизненно важных органов. В ней он анализирует результаты собственных опытов. Они были удивительны: собаки, составленные из двух половин, жили по несколько недель. Защита должна была состояться в Первом медицинском институте, но не состоялась: автора сочли фантазером, а его работу – не заслуживающей внимания. Однако подлинный ученый, уверенный в правоте своего дела, Демихов продолжал эксперименты.

В 1960 г. Владимир Петрович подытожил часть своих исследований и издал первую в мире монографию по пересадке жизненно важных органов, ставшую единственным в то время руководством по трансплантологии. Его монография «Пересадка жизненно важных органов в эксперименте», изданная в Москве, была затем переиздана в Нью-Йорке, Берлине, Мадриде.

В 1962 г. произошло знаменательное событие: собака прожила с двумя сердцами рекордный срок – 142 дня. И сколько бы еще прожила, неизвестно. Эксперимент был сорван чисто по-российски: пьяный больничный плотник забрался в операционную, и отреагировавший на непрошенного гостя пес получил от него удар в область пересаженного сердца.

12

Собака с имплантированной головой
(из экспозиции Государственного биологического музея им. К.А. Тимирязева)

Фантастические, уникальные эксперименты В.П. Демихова не остались незамеченными в мире. Ученые разных стран приезжали в Москву изучать методы и технические приемы, используемые смелым экспериментатором.

В 1964 г. в Москву приезжал Овер – хирург, занимающийся трансплантацией почек. Ознакомившись с работой экспериментальной лаборатории Института им. Н.В. Склифосовского, возглавляемой Демиховым, он был очень удивлен той осторожностью, с которой руководство подходило к пересадке почки, на что директор Института Б.В. Петровский ответил французскому коллеге: «Советские хирурги весьма осторожны в экспериментальной хирургии и выполняют новые операции на человеке только после тщательного изучения их на животных, длительной проверки отдаленных результатов». А между тем, уже в конце 1963 г. Демихов был вполне готов провести операцию по пересадке почки человеку.

В лаборатории Владимира Петровича стажировались хирурги из США, Германии, других стран Европы, Южной Африки и Австралии. Дважды, в 1960 и 1963 г., приезжал в лабораторию Демихова Кристиан Барнард и ассистировал ему. Первая, ставшая известной на весь мир, операция по пересадке сердца от человека человеку была сделана в декабре 1967 г. именно этим хирургом из Кейптауна, считавшим Демихова своим учителем.

В октябре 1968 г. в Вашингтоне состоялся Международный конгресс грудных врачей. Пленарное заседание, на котором присутствовало более 2 тыс. человек, было посвящено пересадке сердца. Невиданная операция чрезвычайно интересовала хирургов всего мира. И когда на трибуне появился Кристиан Барнард, зал встретил его, аплодируя стоя.

Триумф таких операций готовится нелегким, а порой и мучительным трудом многих и многих специалистов. В своей книге «Первые шаги – записки кардиохирурга» академик В.И. Бураковский писал: «Еще в 50-х годах Владимир Петрович Демихов внес неоценимый вклад в проблему трансплантации. Обладая виртуозными способностями хирурга и недюжинным умом исследователя, он разработал технику пересадки сердца, пересадки сердца вместе с легким, пересадки головы, почек. Мне довелось встречаться с ним, и я любил смотреть, с какой скоростью движутся руки замечательного хирурга, манипулирующие сосудосшивающими аппаратами, как он прерывает кровообращение в головном мозге донора всего на 3 минуты, с тем чтобы восстановить проходимость сосудов, питающих головной мозг».

А что же Демихов? Почему его не было в составе советской делегации? Очень просто: он к тому времени был уже «невыездным» после скандального происшествия в Мюнхене, где он в начале 1950-х гг. осмелился продемонстрировать зарубежным коллегам свои опыты. И если бы не ходатайство двоюродного брата, генерала Штеменко1, кончилась бы эта история очень печально. С тех пор он не был ни в одной стране мира, ни на одном Международном конгрессе по пересадке органов, хотя систематически получал на них приглашения.

И только в 1989 г., уже будучи на пенсии, получив приглашение на IX ежегодный конгресс Международного общества по трансплантации сердца, Демихов отправился в Мюнхен, где проходил конгресс. Там он лично впервые познакомился со многими хирургами-трансплантологами и был ими очень тепло принят.

Если вернуться к операции Барнарда, то стоит сказать, что далеко не все ученые его поддержали. Говорили, что это малообоснованные эксперименты на людях. Некоторые считали, что это вообще всего-навсего дань моде. Целый ряд хирургов выступил против этих операций. Среди них был лауреат Нобелевской премии Вернер Форсман, удостоившийся этой награды в 1959 г. за разработку ангиокардиографии. Он писал: «Разве не чудовищна картина, которую мы сейчас наблюдаем? В одной операционной врачи в напряжении склоняются над больным, настолько тяжелым, что его сердце и легкие подключены к аппарату «искусственное сердце–легкие». А в это же самое время в соседней операционной в таком же напряжении пребывает другая группа врачей. Все склоняются над молодым пациентом, который из последних сил пытается победить смерть. Но медики отнюдь не стремятся ему помочь: они ждут только одного – когда же можно будет вскрыть его беззащитное тело и вынуть сердце, которое должно спасти кого-то другого».

Итак, пересадка органов породила трудные вопросы не только этического, но и юридического плана. Например, возник вопрос: какое состояние считать биологической смертью? Когда можно сказать: «Человек умер»?

В те годы во всех странах по юридическим законам биологической смертью считалось состояние, когда у человека наступала остановка сердца и дыхания. При этом в ряде случаев можно было с помощью массажа сердца и искусственного дыхания восстановить их деятельность. Поэтому разделяли клиническую смерть (6–10 мин) и биологическую (после 10 мин реанимационных действий). Вскрытие трупа разрешалось лишь через 9 ч после остановки сердца.

Пересадка сердца выдвинула новые задачи – изъятие здорового, бьющегося сердца донора. Поиски путей решения юридических и биологических вопросов привели к появлению нового понятия – «мозговой смерти». Выявились разногласия ученых разных стран в установлении и определении критериев «мозговой смерти». Одни считали, что заключение о наступлении смерти коры мозга следует делать на основании электроэнцефалографии, отсутствия кровообращения в мозговых сосудах и исчезновения рефлексов. Другие полагали, что этого недостаточно.

Неясность понятия «смерть донора» привели в то время к судебным разбирательствам, в частности в отношении К.Барнарда.

А вот мнение тогдашнего министра здравоохранения академика Б.В. Петровского: «Заключение о смерти донора, а особенно мозговой смерти, должно выноситься лишь после активных реанимационных мероприятий, обязательно включающих массаж сердца. Однако при массаже травмируются ткани этого органа и он становится непригодным для трансплантации… Истинной смертью может быть названо только такое состояние, когда функции всех жизненно важных органов находятся в необратимом состоянии. Поэтому введение понятия мозговой смерти, которое в ряде стран в связи с необходимостью и желанием врачей разрабатывать пересадку сердца приравняли к истинной смерти, я считаю необоснованным».

Такова была официальная точка зрения на проблему. Что же удивляться тому, что успешная пересадка сердца у нас в стране задержалась?

Еще 18 января 1968 г. выдающиеся специалисты Дюбост и Амбурже2 высказали такую мысль: «Если беспристрастно взглянуть на проблемы, поднятые пересадками сердца, нетрудно заметить, что многие из них относятся к числу псевдопроблем и лишь некоторые заслуживают внимания. Эти последние сложны, но разрешимы. Скептицизм или систематическое противодействие – это, как нам кажется, абсолютно неоправданные позиции. Они грозят затормозить разработку методов, могущих спасти от смерти мужчин и женщин, которым хочется жить».

А вот слова Лиллехая, одного из учителей Кристиана Барнарда: «Было бы лучше предоставить право принимать решение о пересадке тем, кто этим занимается, а не перепоручать это самозваным критикам, которые в этом искусстве поднаторели больше, чем в искусстве пересадки. Во многих случаях это ущербные люди, страдающие от собственного творческого бессилия».

Итак, среди ученых не было согласия по поводу своевременности решения проблем трансплантации. Юридические и моральные вопросы стали предметом обсуждения на страницах газет и журналов.

two-headed-dog

В 1968 г. во Франции вышла книга «Одно сердце – две жизни», изданная потом и у нас в стране. В ней авторы привели факты, характеризующие общественное мнение о пересадке сердца в те годы. В частности, рассмотрен случай с Дарваль (напомним, Дениз Дарваль – донор в операции Барнарда). Был поставлен вопрос: а может быть, Дарваль выжила, если бы к ней были предприняты такие меры, как к физику Ландау, пострадавшему в аналогичной катастрофе и получившему аналогичные травмы, не совместимые с жизнью, но все же выжившему?

Противоречия между выработанными веками нормами поведения людей и достижениями науки следовало решать, а не откладывать до бесконечности. Со временем пришли к выводу, что человек с необратимо погибшим мозгом не может считаться личностью.

А что же происходило у нас в стране в области пересадки сердца тогда? Чиновники от науки имели сильные позиции, подкрепленные отсутствием официальных документов, разрешающих пересадку органов. Противодействовать им было чрезвычайно трудно. Мало было иметь чины и звания, следовало заручиться поддержкой высокого государственного лица. Так, А.А. Вишневский, будучи главным хирургом Советской армии, заручается поддержкой и разрешением министра обороны А.А. Гречко и предпринимает попытку пересадки сердца. Вишневский начал готовиться к операции сердца задолго до получения известия об операции Барнарда. К этому времени в Институте хирургии им. А.В. Вишневского, где он работал, уже велись исследования по трансплантации конечностей, почек и были получены стабильные результаты.

Итак, 4 ноября 1968 г. военными врачами была произведена пересадка сердца человеку. Но, несмотря на все предпринятые меры, через 33 ч после операции наступила остановка сердечной деятельности. Операцию провели правильно, но существовали трудности, преодолеть которые можно было только в практической деятельности.

В разное время в нашей стране было сделано пять операций, которые, к сожалению, окончились неудачей. И только в 1987 г. первую успешную пересадку сердца выполнил член-корреспондент АМН СССР В.И. Шумаков. Двадцать лет отделяло эту операцию от операции Кристиана Барнарда. А ведь Владимир Петрович Демихов так близко стоял к решению проблемы пересадки сердца!

Но, как известно, у талантов бывают не только поклонники, но и завистники. Не могли простить, что не хирург, а биолог делает виртуозные хирургические операции, что строптив и не берет в соавторы сильных мира сего, и, наконец, не партийный.

Можно только поражаться стойкости Демихова, продолжавшего экспериментировать, несмотря на то, что в период напряженнейших научных исследований назначались бесчисленные комиссии, целью которых было доказать ненужность экспериментов и закрыть лабораторию.

Однако среди специалистов встречались не только недоброжелатели, были люди, искренне осознававшие важность работы Демихова. Среди них – академик В.И. Бураковский. Вот цитата из его книги: «С именем Демихова у меня связан такой эпизод. Меня, тогда молодого специалиста, вызвали в министерство и предложили возглавить комиссию по проверке работы В.П. Демихова. Я ответил, что этот ученый для меня огромный авторитет, неоценимо много внесший в разработку проблемы трансплантологии, поэтому я согласен быть председателем комиссии лишь в одном случае – если нашей задачей станет поддержка всей его работы. Комиссия высоко оценила деятельность лаборатории, руководимой Демиховым, и предложила представить к защите на докторскую степень совокупность его трудов. Демихов тогда даже не был кандидатом наук».

Защита состоялась в МГУ. В один день – сначала кандидатской и сейчас же после этого докторской диссертации. Но это было лишь в 1963 г., после того как в 1960 г. В.П. Демихов опубликовал свою диссертацию, написанную еще в 1956 г. в виде монографии «Пересадка жизненно важных органов в эксперименте».

В 1960-е гг., особенно удачные в творческом плане для Демихова, был разработан физиологический метод оживления и сохранения жизненно важных органов: сердца, сердечно-легочного комплекса и др. в функционирующем состоянии путем подключения их к кровеносной системе организма. Удавалось подключить к одному животному до 4 сердечно-легочных комплексов и сохранять их в функционирующем состоянии до 7 суток. Таким образом, Демиховым впервые был создан банк живых органов.

И что же? После доклада о создании банка на одной из медицинских конференций в 1965 г. Демихова чуть было не лишили ученой степени. Советские коллеги не оценили идеи, не поняли перспективности ее разработки и практической реализации в целое направление научной деятельности. Дальнейшее развитие медицины показало, что создание банка живых органов – новое слово в науке.

Но новое в науке у нас в стране тяжело прокладывало себе дорогу, в то время как в других странах накапливался практический опыт, в частности по пересадке сердца. Поначалу многие больные погибали от реакции отторжения и инфекции. Но наука не стояла на месте, и со временем специалисты по трансплантации получили средства, увеличившие выживаемость больных после операции и уменьшившие число инфекционных осложнений.

В настоящее время пересадка сердца вышла из ряда экспериментальных операций. Накопленный опыт внедрен в практику. Но широкому внедрению этой уникальной операции, позволяющей продлить жизнь безнадежно больному человеку, по-прежнему мешает целый ряд проблем. Закон о трансплантации органов, определяющий необратимую гибель головного мозга как гибель всего организма, появился в России только в 1992 г., тогда как в Америке аналогичный закон был принят в 1980 г.

И все-таки противникам «мозговой смерти» пришлось признать, что жизнь человека справедливо отождествляется с его сознанием, что смерть мозга – это смерть человека. Вот слова из книги В.И. Бураковского с соавторами «Пересадка сердца», сказанные в адрес тех, кто вольно или невольно препятствовал внедрению операции по пересадке сердца: «Судьи первооткрывателей, люди, желающие навязать искусственный контроль поступательному движению науки вперед, как правило, в силу своей ограниченности да и других, далеких от совершенства душевных качеств, никогда не поймут, чего стоило хирургу взять бьющееся сердце у человека, по существу уже мертвого».

Но если раньше активизации работы по пересадке сердца мешало отсутствие закона, программы, то теперь – элементарная нехватка денег, которая сказалась и на экспериментальной работе.

В последние годы в России были сделаны лишь единичные операции по пересадке сердца, в то время как около 400 пересадок делают только в одном центре во Франции. По пересадке почек Россия отстает от других стран более чем в 10 раз, по пересадке сердца – в 7 раз.

В чем же причина такого отставания? Очень долго не было документа о критериях «мозговой смерти». В результате не была принята программа по пересадке сердца, пострадало развитие науки о тканевом иммунитете, развитие трансплантологии почек, печени, поджелудочной железы, пересадка которой в России и по сей день не делается.

А между тем лаборатория Демихова работала до 1986 г. Разрабатывались методы пересадки головы, печени, надпочечников с почкой, пищевода, конечностей. Результаты этих экспериментов были опубликованы в научных журналах. Работы Демихова получили международное признание. Ему присвоено звание почетного доктора медицины Лейпцигского университета, почетного члена Королевского научного общества Швеции, а также Ганноверского университета, американской клиники братьев Мейо. Он является обладателем почетных дипломов научных организаций разных стран мира.

А что же в родном Отечестве? Здесь все без перемен: никакого признания заслуг Демихова в области трансплантологии. Кроме, конечно, понимания значимости его вклада в науку со стороны ученых с мировым именем, таких как академики П.И. Андросов, В.И. Бураковский, В.И. Шумаков и многих других.

Перефразируя мысль одного ученого можно сказать: то, что наука в нашем веке делается коллективами – расхожий миф. Светлые идеи по-прежнему рождаются в головах одиночек, в этом смысле по сравнению с прошлыми веками изменений нет.

Владимир Петрович Демихов умер в ноябре 1998 г. и похоронен на Ваганьковском кладбище. Вскоре состоялось открытие надгробного памятника работы народного художника СССР скульптора А.В. Соловьева. Средства на памятник были собраны группой врачей, хорошо знавших ученого.

Источник

Поделитесь с друзьями:
Настоящий материал самостоятельно опубликован в нашем сообществе пользователем Ufadex на основании действующей редакции Пользовательского Соглашения. Если вы считаете, что такая публикация нарушает ваши авторские и/или смежные права, вам необходимо сообщить об этом администрации сайта на EMAIL abuse@newru.org с указанием адреса (URL) страницы, содержащей спорный материал. Нарушение мошенничество при покупки, мошенничество при покупке авто будет в кратчайшие сроки устранено, виновные наказаны.

You may also like...


Как презрен по мыслям сидящего в покое факел, приготовленный для спотыкающихся ногами, как покойны шатры у грабителей и безопасны у раздражающих Бога, которые как бы Бога носят в руках своих. И подлинно: спроси у скота, и научит тебя, у птицы небесной, и возвестит тебе; или побеседуй с землею, и наставит тебя, и скажут тебе рыбы морские. Не ухо ли разбирает слова, и не язык ли распознает вкус пищи? В старцах – мудрость, и в долголетних – разум. Что Он разрушит, то не построится; кого Он заключит, тот не высвободится. Остановит воды, и все высохнет; пустит их, и превратят землю, и строго накажет Он вас, хотя вы и скрытно лицемерите. Неужели величие Его не устрашает вас, и страх Его не нападает на вас? Напоминания ваши подобны пеплу; оплоты ваши – оплоты глиняные. Для дерева есть надежда, что оно, если и будет срублено, снова оживет, и отрасли от него выходить не перестанут: если и устарел в земле корень его, и пень его замер в пыли, но, лишь почуяло воду, оно дает отпрыски и пускает ветви, как бы вновь посаженное.