Бондарчук и его фильм «Сталинград». Слоу-мо, как будто в киселе…

1 января 2014 года, Франция, Куршевель. Отравившегося черной икрой режиссера Бондарчука везут в карете скорой помощи на промывание желудка. Выдающемуся режиссеру становится хуже, он теряет сознание, начинает бредить, и в бреду видит его — Идеальный Сталинград, каким он его снял…

Из-за угла выскакивает фашист и пытается застрелить командира. Немец недоуменно смотрит, как затвор его шмайсера медленно ходит туда-сюда.

— Шайзе! Опять эти русские штучки с замедлением времени! Мне pes*etst! Надо успеть взорвать хранилище нелепости на берегу Волги!

Изо всех вражьих сил преодолевая слоу-мо, как будто в киселе, немец бежит к взрывателю. Рядом взрывается граната с бредом, всех накрывает бредовой волной. ППШ русских солдат превращаются в кинжалы, которыми те начинают шинковать немца. Умирающий немец успевает нажать взрыватель, а потом убегает целым и невредимым — так действует на реальность русский патриотический бред.

На берегу огненными облаками вспухает нелепость. Из пламени выбегают горящие русские солдаты и начинают прыгать на немцев.

— Доннер веттер! — кричат отбивающиеся немцы, — Да, неужели облитый горящей нефтью человек может координировать свои действия, стрелять и драться?!!

— ААААА!!! — орут русские горящие солдаты, — Надо быстрее атаковать, пока ноги не отгорели, а то бежать неудобно будет!

Немецкий полковник смотрит на поле боя в стереотрубу, спрашивает адьютанта:

— Чем они ведут обстрел нашей стороны? Это что-то отравляющее?

— Да, господин полковник, это бабострадания.

— Но ведь ветер в их сторону, они заразят собственных бойцов.

— Все русские сумасшедшие, господин полковник, как можно воевать с этими варварами, они стреляют в спину, они воюют не ради победы, а ради мести, а еще я тут встретил в развалинах одну красивую женщину, а она меня не любит, я ее изнасилую и к концу фильма она влюбится в меня непременно…

— Заткнитесь, Кан, я вижу вы уже побывали под обстрелом.

— Да, нас накрыло бабостраданиями, когда мы пытались взять этот дом. Теперь эти приступы постоянно.

— Этот дом… Что это там мерцает в окнах? Чем воняет от дома? Такое нестерпимо слащавое, приторное?

— Это любовь, мой полковник.

— Фронтовая русская любовь? Ну, еще этого нам не хватало! Кан, откуда у меня в руке будерброд, я же на поле боя?!!

— Взорваны баки с нелепостью на берегу, теперь какой-то только херни с нами не произойдет, господин полковник… Вас еще какой-нибудь немецкоговорящий русский Ваня ножом зарежет, когда вас будет брить парикмахер, и скажет, что это подарок вам.

— Bliat’!!! — ругается полковник по-русски, — Невозможно победить народ, у которого такие сценаристы!

В Доме всех русских бойцов крючит от бабостраданий. Они изливают друг другу души, но от этого становится еще тяжелее.

— Вы стреляете по своим! — орет в рацию боец Тютя, — Прекратите! У нас тут скоро инфаркты от бабостраданий начнутся! Лучше шпокните пафосом по немецким позициям!

В рации сквозь треск слышен далекий голос:

— Извини, братишка, пафос закончился.

— Как может закончиться пафос?!! Это бред!

— Да, бреда еще целый эшелон! И у штурмовиков еще бомбы с ересью есть, можем подсобить.

— Хорошо, давайте!

За окнами трещат разрывы бреда и ереси. Тютя выглядывает в окно.

— Командир, тигры!

— Управдом смотрит в стереотрубу:

— Это не тигры, это ересь какая-то! Разве у тигров такие катки? Бред! Тютя, это ты на нас ересь вызвал?!! Вот тютя!!! За это тебе приказ: ты должен выстрелить из пушки так, чтобы снаряд пролетел буквой Ж и попал в немцев. И надо сделать это как можно нелепее и пафоснее! Справишься?

Тютя не может ответить, его трясет от приступа типичных для защитников Сталинграда бабостраданий…

Девушка Катя с наивными глазами пристает к командиру:

— Я кушать хочу. Мы тут уже два месяца воюем и ни разу не ели. Я понимаю, что это бред, но чем-то мы должны питаться!

Командир морщится:

— Ну, у меня есть немного фронтовой любви, будешь?

Катя:

— А я ее ни разу не пробовала. Она вкусная?

Командир загадочно подмигивает:

— Раз попробуешь, ничего другого больше не захочешь!
В немецком полевом штабе полковник спорит с Каном:

Полковник:

— У них уже закончились кадровые военные, битве конец.

Кан:

— Это значит, они применят закадровых.

Полковник:

— Как это?

Кан:

— Прислушайтесь! Слышите этот бесконечный монотонный бубнеж над развалинами? Этот закадровый голос так изводит русских  бойцов, что они кидаются в самоубийственные отчаянные атаки, лишь бы не слышать его.

Над городом плывет голос Бондарчука: «Мальчиком Ваня любил кушать яблоки. Но не те, медовые, что росли у них в огроде на старой яблоне, а соседкие, кислые… Жена Ивана была на 26 лет моложе его и погибла нелепо, поэтому сейчас у него на коленях лежит молодая Катя… Управдом на самом деле никогда не был управдомом, но…»

Слышны стоны и проклятия русских. И слово «за*бал».

Через много-много лет старенький врач разговаривает на развалинах японского города с немецкой туристкой через электронное устройство:

— Девочка, у меня было пять отцов…

— Дяденька, ты бы вместо этой фигни мне водички спустил.

— Нет, девонька, раз уж тебя придавило плитой и ты не можешь от меня убежать, придется тебе выслушать эту историю до конца…

Поделитесь с друзьями:
Источник материала
Настоящий материал самостоятельно опубликован в нашем сообществе Начинайте смотреть фильмы онлайн бесплатно на нашем портале! Интересное кино всегда рядом. пользователем Ufadex на основании действующей редакции Пользовательского Соглашения. Если вы считаете, что такая публикация нарушает ваши авторские и/или смежные права, вам необходимо сообщить об этом администрации сайта на EMAIL abuse@newru.org с указанием адреса (URL) страницы, содержащей спорный материал. Нарушение будет в кратчайшие сроки устранено, виновные наказаны.

You may also like...

1 Response

  1. ilja68:

    Шлакоград мало того что не имеет НИЧЕГО общего с действительностью(читаем отзывы участников) так и весьма неприкрыто представляет нам защитника Родины в образе этакого маргинала уголовника, у которого любви к этой самой Родине быть просто не может. А могут быть только животные инстинкты как-то жратва, выпивка, секс. Нет ничего удивительного, что даже привыкшие ко всему ветераны ВОВ восприняли данное творение как как откровенный плевок. То, что «Сталинград» это не что иное как говно, давно и доказательно сказано: «Федя, сри на своей поляне!» — http://kungurov.livejournal.com/69283.html