500 дней тайной жизни в рабочем кабинете

Я не мог платить за квартиру в Лос-Анджелесе, поэтому спал за своим столом. Но то, что начиналось как временное финансовое решение, превратилось в стиль жизни.

Я спал, когда услышал, что дверь ударила о косяк. Мои глаза мгновенно раскрылись, и я подскочил под столом, где только что спал. Всё пропало? Неужели кто-то пришёл на работу так рано? Я выглянул из-за стола, боясь того, что мог бы увидеть. Утреннее солнце, прорвавшееся сквозь накорябанное на входной двери граффити, разливалось по лабиринту стоящих передо мной столов. Ни души не было в поле зрения. Я вздохнул с облегчением. Наверно, это просто паранойя. Или нет – ветер ударил дверью о косяк, вызвав слабый стук. Это был тот же самый звук, который я слышал раньше, и буду постоянно слышать впредь, но никогда не привыкну к нему.

Небольшая паранойя развивается постепенно, если вы живёте на 10 квадратных футах рабочего места. Я поднялся, вытянул руки к небу, подобно замороженному гуманоиду, который вывалился из холодильника; шея не поворачивалась, спина одеревенела. Я нагнулся, чтобы спустить воздух из надувного матраса. Часы показывали 6:45. В нормальных обстоятельствах я бы ещё спал, но эти обстоятельства далеки от нормальных.

В начале той недели я переехал в свой кабинет. Тайно. Я на месяц сдал свою квартиру в Венис-Бич, запихал в несколько сумок свою одежду и ценные вещи, и поселился за своим столом, разумно используя каждый квадратный дюйм необычного жилья. Не все хотят, чтобы коллеги поймали их сидящими за столом в трусах – в 6 часов утра. Полагая, что самой лучшей реакцией на мой вид будет крайняя неловкость, я держал всё это в себе. Каждое утро я аккуратно собирал свои личные вещи, включал свет и понижал температуру кондиционера до слишком холодных для меня 72 градусов, которые они всегда выставляли на ночь. Я уходил на утреннюю прогулку и принять душ, чтобы быть в форме и чистым, и чтобы показать, что я не всегда прихожу на работу первым. Иногда, я даже намеренно опаздывал на работу, ругая ужасные лос-анджелесские пробки. Только бы не выделяться.

2

Если такая жизнь кажется сложной, то она всё-таки – пара пустяков, по сравнению с ежемесячной оплатой за квартиру.
С переезда в Лос-Анджелес прошло два года, и, как и многие лос-анджелесцы, я разорён. Я переоценил свои возможности, взяв квартиру в 20 минутах от места работы, заполнив своими вещами 250 квадратных футов шикарного многоквартирного дома, а в результате мои сбережения исчезли как тараканы при свете дня. Я отложил свои мечты о путешествии и отказался от отпуска, таким образом, я смог стабилизировать свои расходы. Я считал, что можно немного пострадать.

К лету 2012-го, эти мечты превратились в кошмар. Я работал на двух работах — 60 часов в неделю — только для того, чтобы иметь квартиру, в которой я редко бывал. Затем обрушилось несчастье. Компания расширилась, и премии были заморожены. Я был подавлен. Я получил здоровенный счёт за хирургическую операцию, сделанную мне в начале года. Сталкиваясь с необходимостью оплачивать студенческий долг, взносы за машину и ренту за квартиру, я начал удивляться: что случилось с моей американской мечтой?
У меня немногое осталось, чем можно было бы пожертвовать. Без денег у меня было два варианта: бросить свои мечты о творческой работе или посвятить работе всё своё время. При любом варианте перспективы были мрачными. Пока я не вспомнил о тузе в рукаве.

За несколько месяцев до этого я допоздна задержался на работе. Все кабинеты были закрыты. Рабочие места выглядели настоящим городом призраков, белым пятном на карте, освобождённым от дневной суеты. Примерно в это время новости были заполнены историями о растущем числе конгрессменов США, которые живут в своих вашингтонских кабинетах. Они успешно преобразовали нежилое пространство в самодостаточное рабочее и жилое место для белых воротничков. Я заинтересовался, а смог бы я сделать то же самое. Но до того, как стать необходимым, это казалось невозможным.

Проснувшись, зевая, в пустом кабинете, я понял, что это возможно. Значит у меня есть что принести в жертву? Пробуждение от выброса адреналина – не идеал, но это лучше, чем лежать в кровати, зная, что твоё время продано в обмен на жизнь, к которой ты никогда не стремился прежде.
Я никогда не ценил деньги больше, чем время. В детстве в маленьком городке на берегу Мексиканского залива жизнь крутилась вокруг людей, а не прибыли. Мои родители стремились к успеху, но больше ценили досуг. Мою сестру и меня заставляли учиться на одни пятёрки, чтобы заработать ежегодное право на разнообразные путешествия: в прекрасный Форт-Уолтон-Бич (Флорида), в древний Уильямсбург (Вирджиния) или сельский Бангор (Мэн). Наша семья смотрела на деньги шире, чем другие. Когда моя сестра стала адвокатом, я медленно погружался в искусство. Я забросил свою крутую школу, чтобы учиться на актёра и писателя, работая по 40 часов в неделю, чтобы оплатить расходы.

ModulesGarden-New-Office-23

Я не среднестатистический бездомный. Во многом я выгляжу как типичный молодой профессионал среднего класса – подстрижен, вежлив, хорошо одет, опрятен. Но, как бы там ни было, кто такой среднестатистический бездомный в наши дни? Бывшая огромная пропасть между «бездомными» и «средним классом» ужалась до линии статистической погрешности — многие, стоящие выше неё, чувствуют себя неуверенно, и от небольшой плохой новости они могут потерять всё.

Жизнь на рабочем месте остаётся уникальным решением жилищных проблем. Но есть и другие решения. Многие работающие люди, балансирующие между взлетающей в небо стоимостью жизни и падающей зарплатой, изобретают свои методы экономии. От голодающих художников, живущих в своих автомобилях, до представителей среднего класса, переезжающих в крошечные домики, от живущих на мусорной свалке университетских преподавателей до людей, живущих в бейсбольных фургонах — американское представление о «доме» меняется на всех уровнях социальной лестницы.

Традиционное определение дома не всегда подходит экономящему среднему классу. Оксфордский словарь по-разному толкует этот термин, но четвертый вариант, вероятно, самый прогрессивный:
Место, где что-то процветает, или место, где что-то зарождается.
Для людей вроде меня, такое определение фундаментально характеризует бытиё. Оно защищает выбор, без отказа от проблем, с которыми мы сталкиваемся без него.

Действительно, то, что начиналось как временное финансовое решение, превратилось в стиль жизни. Я дорос до принятия его. Нависающий долг превратился в рост сбережений. Лунатизм из-за двух работ обернулся изобилием свободного времени. Мои привычные расходы сократились, мои доходы выросли. Я совсем бросил свою квартиру, отказался от большинства вещей и начал вести простую жизнь.

Моя жизнь стала более осмысленной, уменьшилось беспокойство по поводу удовлетворения первоочередных жизненных потребностей. Летом я отправился на две недели на Карибское море, чтобы снять фильм. Новый год я отпраздновал в Южной Америке с прекрасной женщиной. Я снова начал читать. Начал писать. Такая жизнь позволила мне заниматься тем, что мне нравится. Я стал чаще общаться, больше времени проводить вне дома. Мои ежедневные заботы о сохранении квартиры сменились любимыми занятиями. Я стал счастливее. Люди начали это замечать.

Однажды утром, почти через год с начала моей жизни в рабочем кабинете, я проснулся от прихода сообщения от начальницы о необходимости предоставить к концу дня годовой отчёт о моей работе. Мы сели лицом к лицу, и она посмотрела мне прямо в глаза.
«Я заметила большую разницу в вашей производительности за прошлый год», — сказала она.
Я спросил, хорошо ли это, думая над тем, куда она клонит.
«Хорошо? Это великолепно», — сказала она. — «Мне не за что вас критиковать. В последнее время вы выглядите более счастливым».
«Ну, думаю, я знаю из-за чего это», — ответил я, улыбаясь.

1

У проживания в кабинете есть много неожиданных преимуществ. Но это совсем не подходило на роль постоянного решения. Когда в компании наметился бюджетный коллапс, я начал планировать своё будущее. Я хотел бы, чтобы жизнь была похожа на почту. В январе в город переехал мой старый друг Роберт, предложив мне жить вместе. Роберт был кинорежиссёром, заключившим солидный контракт, и ему все доверяли. Мы начали искать квартиру.

Но что-то было не так. Больше года не платя за квартиру, я понял важность различных других расходов. Ежемесячная утечка денег приводила к падению сбережений. Да и варианты жилья были слабыми. Каждый обладал длинным перечнем явных недостатков: старые постройки без парковки, тонкие стены без открытого пространства, мало места для прогулок, далеко от работы. К тому же, всё это приносило выгоду только домовладельцам, которым я передавал право на 40% моего дохода за конуру, чуть больше собачей. Сделка выглядела слишком несправедливой, результатом некорректного механизма спроса и предложений.

Во время следующей встречи я сказал Роберту, чтобы он продолжал поиски без меня.
Я прожил в своём рабочем кабинете 500 дней. В конце концов, компания начала разоряться. Я оказался в первой партии увольнения. Я одновременно потерял и работу и дом, но сэкономил более 20 тысяч долларов расходов на проживание и 216 часов на поездки на работу и домой.

Перед увольнением я записался на собеседование в конкурирующей компании. Все считали, что я не подхожу для этой работы – руководящей должности с ненормированным графиком и с целью добывания миллионов долларов. В этих условиях собеседование походило на свидание с супермоделью, просто потому, что она сказала «да». Я чуть не отказался, но нудный голос в затылке переубедил меня.

В конце собеседования я понял, что меня не возьмут на эту работу. Но было кое-что, что не могло не заинтересовать меня.
«У вас есть какие-нибудь вопросы ко мне», — спросил мой собеседник.
«На самом деле, да», — ответил я, улыбаясь. — «Расскажите о своём кабинете».
Меня не взяли на работу.

Сейчас я высыпаюсь лучше. Недавно я проснулся до восхода солнца, но на этот раз это произошло медленно, осторожно, чтобы не удариться о низкий потолок надо мной. Я выглянул из окна с пассажирской стороны. Луна отражалась от воды, а звуки — от скалистого берега рядом с моей парковкой на тихоокеанском шоссе.
Никакой паранойи, не так много проблем.

maxresdefault

Я лежал на заднем сиденье своего грузовичка на двухместном матрасе между миниатюрной книжной полкой и универсальным шкафчиком. Это моё новое место жительства, самодельный крошечный дом на четырёх колёсах, отлично подходящий для остановок на обочине вдоль лесов по пути в Орегон.

Я построил его ещё до выезда из своего кабинета. Всё, что мне было нужно – фанерный шкафчик, крошечный холодильник, переносная бутановая печка, крепкий бак воды, стопка бумажных полотенец – мне удалось приобрести, когда были деньги. В основном, я жил там же, получая случайные заработки, продолжая писать – делая то, что всегда хотел делать, но не было времени. Это отличается от рабочей рутины. Это как сравнить Генри Дэвида Торо и Генри Форда.

Это подходит не всем. Но я счастлив. В среднем в неделю я работаю 20 часов в течение нескольких дней (халтурка сторожем в Голливуде и работа с неблагополучной молодёжью) – всё остальное время уходит на писательство. Мне не хватает материальных удобств, которые были во время полноценной работы, но плюсы перевешивают минусы. Теперь я вожу свой дом туда, куда еду сам.
Чего ещё мне желать?

Автор – Терри К. (Terry K.) – литературный псевдоним мужчины, который описывает свою не слишком тайную жизнь. Его считают перспективным писателем, он снимает документальные фильмы, путешествует, у него до сих пор нет постоянной работы. О своей жизни он пишет в блоге www.theofficehobo.com.

http://antizoomby.livejournal.com/376744.html

Настоящий материал самостоятельно опубликован в нашем сообществе пользователем Ufadex на основании действующей редакции Пользовательского Соглашения. Если вы считаете, что такая публикация нарушает ваши авторские и/или смежные права, вам необходимо сообщить об этом администрации сайта на EMAIL abuse@proru.org с указанием адреса (URL) страницы, содержащей спорный материал. Нарушение будет в кратчайшие сроки устранено, виновные наказаны.

Вам может также понравиться...